Книга Строптивая в Академии. Теория истинной любви, страница 8 – Ольга Грибова

К нашей группе на всех парах летела виверна. Чудовище сорвалось с тонкого поводка, что было в общем-то прогнозируемо. Преподаватель Природников оказалась на удивление неумной дамой.

— Быстро, все на крыльцо! Встаньте за мной, — скомандовал Вэйд.

Он — единственный, кто не растерялся. Бросив пиджак на землю, загородил собой сбившихся в стайку первокурсников. Этакая живая скала между нами и виверной. Против воли я отметила его бесстрашие, а заодно получила ответ на свой вопрос — кураторам, похоже, можно все. Даже воздействовать магией на других.

Время замедлило бег. Исчезли звуки, растаяли очертания зданий. Я видела лишь Вэйда, а слышала исключительно бешеный стук собственного насмерть перепуганного сердца. Даморри использовал магию. Второй раз в моей жизни я наблюдала черного менталиста в деле. И пусть сейчас его сила была направлена на виверну, а не на меня, мне от этого было нелегче. Мой кошмар ожил! Желудок скрутило, но я не могла пошевелиться. Если меня стошнит, то прямо на собственные ботинки.

Вокруг царила паника. Первокурсники визжали и ломились в запертую дверь кафедры. Виверна скалилась и била хвостом. Преподаватель Природников кричала, чтобы мы не смели причинять вред редкому животному.

— Она добрая, не бойтесь! — убеждала преподаватель и пыталась призвать виверну обратно: — Крошка, успокойся, иди к маме.

Но Крошка — надо же было так назвать монстра! — в ответ лишь утробно рычала. Плевать она хотела на авторитеты. А, может, преподавательница таковой не являлась.

Спокойны были лишь двое — я и Даморри. Я просто замерла неподвижным истуканом посреди хаоса, а Вэйд творил магию. Черный туман ужаса постепенно охватывал площадь Академии. Вот он — истинный Морок. Наконец, я поняла, почему его так называют. Он был одновременно страшен и прекрасен в своей бесконечной мощи.

Но что-то было не так. Черная ментальная магия, без сомнений, сильна. Ее даже боевики признают и побаиваются, чего уж там. Но, похоже, не виверны. По крайней мере, этуконкретную воздействие Вэйда лишь злило. Какой бы кошмар он не наслал на нее, виверна не собиралась сдаваться. Еще немного — и она бросится прямо на него.

А это неплохой шанс сменить куратора, прикинула я. Едва ли в ближайшее время представится еще один. Все, что от меня требовалось, тихо постоять в сторонке.

Именно так я и планировала поступить. В конце концов, Вэйд только что запретил нам использовать магию в стенах Академии! И вообще во что-либо ввязываться. А я послушная студентка и не хочу вылететь с учебы.

Одна беда — проклятый зуд в районе правого запястья. Именно там, под кожей переливался иероглиф сателлита. Если во мне и есть лучшая часть — справедливая, честная, благородная — то она, без сомнений, принадлежит Кати. Не спутник, а совесть — вот кто мне достался.

— Надо что-то делать! — вот и сейчас Кати не могла остаться в стороне. — Позволь мне применить магию.

Каждый раз, когда я слышала от нее — я помогу! — заранее хотелось провалиться под землю. Я была не готова к очередному проколу своего сателлита. Опозориться в первый же день учебы — вот это реально кошмар. Пусть лучше меня сожрет виверна!

— Я сама, не встревай, — буркнула я сателлиту и шагнула вперед.

Вэйд действовал неправильно. Он пугал, чем вызывал у виверны еще большую агрессию, а вместе с ней защитную реакцию — разорвать источник страха. Возможно, на людях это работало, но у животных все иначе. Их нужно успокоить.