Книга Строптивая в Академии. Теория истинной любви, страница 52 – Ольга Грибова

— Не надо, — жалобно пискнула она, все еще сопротивляясь.

Какого черта? Она так цену набивает? Нелепость какая-то. Но жажда была так сильна, что Вэйд был готов заплатить.

— Прокатишься… на единороге… — хрипло выдохнул он.

— Чего? — захлопала она ресницами.

— Ты же хотела нормальную практику…

Глаза Беспризорницы распахнулись от удивления. Она даже сопротивляться перестала. А может, цена устроила? Вэйд горько усмехнулся. До чего докатился… подкупает девчонку, чтобы не отказала. Противно от себя самого.

Морок еще что-то рычал, но Вэйд не разбирал слов. Ничего уже не разбирал. Щека скользнула по щеке, а следом губы — по шее. Яркие ощущения накрыли с головой. Пожар разгорелся — не потушить. Впрочем, Вэйд и не пытался. Сам был готов подбрасывать в огонь дрова.

Провел руками вниз по плечам девчонки, спустился на талию, потом снова вверх уже по спине. Вэйд гладил, изучал, сжимал. Такая она вся тонкая, невесомая и хрупкая. Страшно сжать сильнее, еще навредишь.

— Отпусти! — Беспризорница резко дернулась, а следом щеку Вэйда обожгло огнем.

Она его ударила. Влепила пощечину! Не хочет его или оплата не устроила? Пелена то ли злости, то ли желания окончательно застила разум. Вэйд толкнул Беспризорницу на спину, намереваясь получить то, чего так жаждет. В нем будто что-то надломилось. Вмиг стало плевать на все — на происхождение девчонки, на украденные способности, на собственный род.

Он навис сверху над девчонкой. Губы почти нашли губы. Еще немного, расстояние меньше сантиметра, вот сейчас…

— Виу! Виу! Виу! — ударила по барабанным перепонкам и мозгам визгливая сирена.

Беспризорница в его объятиях забилась с новой силой. Но вовсе не ее сопротивление, а противный звук сирены привели Вэйда в чувства. Буквально вправили ему мозги.

Вэйд резко выпрямился, отпуская девчонку. Они оба будто очнулись ото сна. Причем судя по ужасу в глазах Беспризорницы, для нее это был кошмар, а Вэйд в нем — псих с тесаком.

Отрезвление вышло неприятным, даже болезненным. Вэйда накрыло отвращение к самому себе. Какого хрена он творит? Это все настойка! Слишком крепкая. Он пьян или вовсе спятил. Как можно хотеть девчонку с улицы? Буквально умолять ее о взаимности. Нет, он точно не в себе.

— Ч-что это? — заикаясь, спросила Беспризорница и судорожно запахнула накидку.

Вэйд не был уверен, что вопрос о сирене, но предпочел говорить о ней. Лучше так, чем обсуждать то, чтоедва не произошло.

— Сработали тревожники, — сухо объяснил он, накидывая рубашку. — Они сигналят, если в шахте появляется кто-то посторонний.

Облава. Вот уж не думал, что будет ей рад. Ему бы разозлиться, кто-то ведь донес. Но вместо этого он испытал облегчение и готов был пожать руку стукачу. Он спас его от серьезной ошибки. Поцеловать Беспризорницу… да что на него нашло⁈

— Идем, — схватив девчонку за руку, Вэйд рванул ее вверх. — Здесь нельзя оставаться. Если поймают, отчислят без права восстановления.

Едва услышав об отчислении, Беспризорница подорвалась с дивана. Жуткое слово «отчисление» подействовало на нее, как пришпоривание. Хоть что-то ее пугает сильнее, чем сам Вэйд.

Вместе они выскочили в коридор, где царил хаос. Студенты метались в панике. В этой неразберихе легко было потеряться и быть пойманной. Все, что Вэйду надо сделать — оставить девчонку. Ее точно словят. А дальше отчисление и свобода. Его.