Книга Приговоренный многоженец, страница 75 – Александр Владыкин

Ну, кто же таких юных и чувствительных девушек послами посылает? Алира, ты там совсем разум потеряла?

— Что⁈ — нарушая и церемониал, и все, какие только есть, правила, вскакивает с места Диана. — Что ты такое говоришь, Алаисса? Что случилось⁈

— Вышли из строя все артефакты защиты. В один день. Из проклятых земель хлынула нежить и главное — огромные волки, которых не берет ни магия, ни сталь, — отвечает дочка Алиры. — А в спину ударили светлые эльфы, — тут она бросает взгляд на Элениэль. — Мы потеряли Драур, сестра. Мы теперь изгои без дома и родины.

Конечно, соображаю я, они же с Дианой двоюродные сестры. И это еще одна причина, по которой Алира рассчитывает на помощь Юма. Первая — это я и наши особые, скажем так, отношения.

— Где сама королева? — спрашиваю я, прикидывая, где икак можно будет разместить тысяч пятьдесят, если не больше, человек. В смысле — дроу. Впрочем, без разницы.

— Она с авангардом нашего народа движется прямо за мной, — отвечает Алаисса. — Через четыре — пять дней будет здесь. Основная часть дроу прибудет к концу месяца.

— Что ж, — выношу я решение. — Юм помнит о помощи в войне, которую ему оказал Драур. Мы постараемся приютить подданных королевы Алиры. Сейчас отдохни с дороги, а вечером тебя пригласят на совещание малого совета, на котором мы обсудим, как и чем конкретно мы сможем вам помочь.

Состав малого совета я решил сократить до полного минимума. Только я и Диана. Почему? Ну, без меня было не обойтись, это понятно, а Диана — единственная в моем окружении, кто знает изнутри о всех проблемах Драура. Кроме того, разговор с Алаиссой предстоял не самый простой и приятный для дочки Алиры, а она и так уже на взводе. При посторонних может и замкнуться, а мне нужна была ее полная откровенность. То, что дело вовсе не ограничивается нападением нежити и тварей из проклятых земель и ударом светлых эльфов, я просто кожей чувствовал. Это была, как я предполагал, только трагическая концовка чего-то большего. И мне необходимо было выяснить все, что привело к столь плачевным последствиям. Все-таки оказать покровительство целому народу, не зная всей подноготной, было бы слишком глупо даже для меня.

Обеих девушек я посадил на низком диване напротив своего стола. Может быть, и лишний психологический момент — расположить собеседников так, чтобы возвышаться над ними, но решил им не пренебрегать. Плюс Алаисса чувствовала поддержку разместившейся рядом двоюродной сестры, которая успокаивающе гладила девушку по руке.

— Так, птички мои, — открыл я наше совещание. — А теперь собрались с мыслями и духом и быстренько рассказали доброму дяде Великому герцогу, что на самом деле произошло в Драуре. И на этот раз не скрывайте ничего. Кто начнет? — и я обвел моих собеседниц взглядом.

Смутились обе. И, пожалуй, Диана даже больше. Оно и понятно. Как-никак она моя жена и давно могла бы уже поведать мне правду о проблемах своего народа, а не молчать, как рыба об лед. Что касается Алаиссы, то она явно чувствовала себя в моем присутствии не слишком уверенно — прекрасно знала, конечно, о том, что связывает ее мать с Великим герцогом Юма и, похоже, стеснялась этого знания. Это я понял по ее быстрым взглядам, которые она исподтишка бросала на меня, когда надеялась, что я этого не замечу, и по тому, как быстро она отводила глаза, если я поворачивался к ней.