Книга Приговоренный жених, страница 72 – Александр Владыкин

Ошибся, как выяснилось. Никакого самозванства не было. Мелли уже два дня, как полноценная миледи. Кто посмел проявить самоуправство? Так только Изабелла тут, кроме меня, и обладает полномочиями в дворянство возводить.

Услышав от Мелли, что дворянкой ее еще в лесу (отличное место для такой церемонии) сделала госпожа, я выставил ее за дверь и повернулся к Изабелле.

— Ричард, дорогой, — томным голосом умирающей лани, произнесла она, с трудом отрывая голову от подушки и растирая виски. — Мельба мне рассказала, что ты пообещал сделать ее благородной. И это было бы ошибкой с твоей стороны. Не принято возводить в дворянское достоинство за услуги в постели. Над тобой смеяться бы стали. Поэтому я сделала это сама. Наградила за верную службу мне. Это всем понятно, и никаких кривотолков вызвать не может. А теперь, любимый, оставь меня, пожалуйста, и позови миледи Мельбу. Меня, кажется, сейчас опять тошнить начнет.

Днем я в компании Грумса осматривалхозяйство гномов и просвещался по самым разным вопросам.

Из грустного уяснил, что никакое прогрессорство мне в этом мире не светит. Серьезное, так точно. Тут все работает на магии. И, например, паровой двигатель, если я его изобрету, не имея ни малейшего представления о его устройстве, тут никому и даром не нужен. Рулят магические артефакты. Тот же порох, который, как мне показалось, гномы засыпали в свои бомбарды при виде нас, оказался вовсе не порохом, а заряженным огненной магией порошком, и при простоте его изготовления — толчешь, что ни попадя, и заряжаешь от специального артефакта, с селитрой тут никому и в голову не придет возиться.

А если предложу, то мою герцогскую голову посчитают больной. На всю голову. Такая вот неприятная тавтология. С остальным примерно также. Правда, идея пулемета на магических принципах у меня все-таки проскользнула, но я ее тут же отмел. Меня же из него и пристрелят когда-нибудь. Нет, раз я сам маг, да еще и потенциально сильнейший, то пусть технический прогресс идет лесом. Мне спокойнее будет.

Из любопытного узнал, как гномы до такой жизни докатились, что Грумс ко мне на весьма специфическое обучение свою внучку командировал. Оказывается гномы — это самый неудачный симбиоз работоголика с алкоголиком. Днем каждый гном отрабатывает положенное время в общественной шахте, кузнице или где-то еще. С полной самоотдачей, кстати. Все добытое или произведенное там идет в общий котел, из которого потом староста бережливой рукой это извлекает, продает, закупает на вырученные деньги необходимое и распределяет поровну между всеми жителями поселения. Почти коммунизм, который в нашем мире построить не удалось.

Но с капиталистическими допущениями. Так как после работы на общество каждый гном, повторюсь — каждый!, отправляется в свою личную шахту (есть здесь такие) или свою частную мастерскую и там вкалывает с еще большим энтузиазмом на себя любимого. При этом расслоения по имущественному признаку не происходит, потому как ленивых тут нет и в итоге все обогащаются более или менее равномерно. Завершив таким образом свой насыщенный событиями день, гном сначала увлеченно подсчитывает, чего и сколько он добыл/сделал, а потом позволяет себе расслабиться — выпивает порядочную посудину того пойла, которым меня угостили, заваливается на кроватьи начинает храпеть, чтобы завтра все повторить снова.