Книга Спасение для лжепринцессы, страница 97 – Ульяна Муратова

– Ладно, пойдём. У меня есть один замечательный знакомый артефактор, который выручил меня из неприятностей. Он прекрасный наездник, говорит на разных языках, музицирует, а ещё и поёт. Идём, я вас представлю, чтобы ты знал, как выглядят мужчины, отстоявшие очередь за умом.

Гордо вздёрнув нос, забрала из рук Мейера свои ладони и немного его отпихнула, чтоб не нависал. Приоткрыла коробку с конфетами и подцепила один из двух оставшихся батончиков. Делиться с бывшим не стала – вот ещё, обойдётся. Нечего на него вкусняшки переводить.

Откусила кусочек и привычно насладилась горьковато-сладким вкусом. Мейер вдруг изменился в лице, рванул меня за руку, в которой ещё осталась половина конфеты, и поднёс к лицу, жадно втягивая ноздрями воздух.

– Откуда это у тебя? – его голос мгновенно охрип. – Погоди, сначала выплюнь!

– Чефо? – возмутилась я, когда он подставил к подбородку ладонь и сурово потребовал:

– Плюнь!

Расставаться с конфетой отчаянно не хотелось, но вид у Мейера был такой, что стало немного страшно.

– Выплюнь! Это льиф!

Я вынула изо рта кусок батончика, который не успела разжевать и нахмурилась.

– Чего ты взбеленился? Конфеты как конфеты, очень вкусные и бодрят.

– Бодрят? – шокированно переспросил Мейер, а потом внезапно стиснул меня в непрошенном объятии. – Сколько ты уже съела?

– Ну… восемь. Да что на тебя нашло?

– Лиза, это наркотик. Очень тяжёлый и запрещённый. Откуда у тебя эти конфеты?

– Кона Ваендис угостила… – прошептала я, прикрывая глаза.

Осознание приходило медленно.

Вот как она держит при себе своих девочек! Вот отчего они все такие весёлые и жизнерадостные!.. Вот почему она не стала на меня давить… Решила, что я сама к ней приду за новой дозой. И теперь стало понятно, с чего бы я внезапно начала рисовать, на ходу сочинять стихи и лихо читать на архаичном вилерианском. Видимо, мозг работал на пределе, плавая в озере эндорфинов.

– Иди выплюнь и прополощи рот, – распорядился Мейер, отпуская меня из объятий. – Мы идём искать целителя, а потом зайдём в Городскую Службу Правопорядка, чтобы написать заявление. Когда ты ела их последний раз?

Мысли не повиноваться даже не возникло.

– Вчера утром. Две штуки, – ответила я уже из ванной, прополоскав рот и почистив зубы.

– Когда она тебе их отдала?..

– Она не отдавала. Прислала с курьером, – ответила я. – Мейер, насколько всё плохо?

– Не особо хорошо, но я не целитель, чтобы сказать точно. Дьюкова бездна, у тебя ещё и трансформация не закончилась!

– И что это значит? – жалобно спросила я, возвратившись в комнату.

– Понятия не имею. Всё ещё считаешь, что ты среднестатистически везучая?

Мейер снова сгрёб меня в охапку и прижал к себе, несколько минут безмолвно глядя в окно с напряжённым лицом. Вот теперь я струсила по-настоящему.

– Что нам теперь делать? – голос звучал испуганно и жалко.

– Сначала целитель, потом всё остальное. Одевайся потеплее, там дождь.

– Может, ты один за ним сходишь? – неуверенно предложила я.

– Вот уж нет, ни на минуту тебя больше не оставлю, тем более что в ближайшее время доверять твоим суждениям не стоит, как только начнётся ломка, ты будешь сама не своя. Пойдём, времени у нас немного.

– Ломка? Ломка?! Ты серьёзно?

– Серьёзнее некуда. Ничего, Лиза, мы прорвёмся. Я буду рядом. Одевайся и возьми с собой документы.