Книга Спасение для лжепринцессы, страница 145 – Ульяна Муратова

– Не может, – неохотно признал Блар.

– Так в чём же тогда проблема? У меня складывается ощущение, что вы нарочно чините мне препятствия. Возникает вопрос: а зачем вам это нужно?

Поразительно, но никто на этот вопрос отвечать не поспешил. Вот уж неожиданность! Все контуженные ежи в шоке. Они-то ждали подробных разъяснений в виде реферата.

Судьи тихонько посовещались между собой, пока мы с воображаемыми ежами терпеливо ждали их резолюции.

– Кона Елизавета, мы ещё раз настоятельно рекомендуем вам не торопиться с принятием решения, – пронудел Мирин.

От такого экземпляра хочется либо на болоте выть, либо там же утопиться. Может, его поэтому сюда из клана отправили? Загундел всех до зелёного каления?

– Я решение уже приняла и неоднократно вам озвучила: хочу стать подданной клана Дарлегур.

Не хочу быть вольною-невольною царицей! А хочу быть простою столбовою дворянкой!

Судьи наконец смирились и зашуршали бумагами.

– В таком случае получите ваши документы,Елизавета Лалисса Вторая Гленнвайсская Дарлегур, – проскрипел белый судья, чуть приоткрыв веки. – Ограничения представителей клана Дарлегур в отношении вас будут сняты! Есть возражения?

– Нет! Благодарю!

Сцапала свою замызганную справку, выданную ещё «Воздушным путём», и устремилась на свободу. Мейер ожидал в просторном коридоре, и я чуть не кинулась ему на шею, но вовремя подумала, что клятву с него, вероятно, ещё не сняли. Так и оказалось. Он жестами попросил подождать и исчез в зале суда, а затем вышел и подхватил меня в объятия, принявшись кружить по коридору.

Интересно, а если выйду замуж, то стану Елизавета Петровна Романова Лалисса Вторая Гленнвайсская Мейер Листаматур Дарлегур? Или как? Надо будет уточнить.

– А ну рассказывай! – когда отсмеялась, потребовала я, держа родное лицо в ладонях.

– Мы подали протест в связи с тем, что суд не имел права выносить вердикт до того, как разрешилось бы дело с принятием тебя в клан. Хронологически оно было раньше и от него зависело, кто именно должен был выносить вердикт. Свободный суд не имеет права вмешиваться в дела Дарлегуров. А твой статус был неопределённым, ведь ты не отказалась от подданства, хоть и не приняла его. Так что оба приговора мы отменили. Мама с отцом и дядей улетели в Листаматур. Но ты не думай, план на случай, если бы ты отказалась от подданства, у нас тоже был, – стиснул меня в объятиях Мейер.

– И какой?

– Отсрочка по беременности для мамы. Она не хотела заводить ещё детей, хоть папа и предлагал многократно. Но теперь пришлось бы согласиться. А приговор, отсроченный больше чем на десять лет, можно по закону отменить. Так что были бы у меня ещё братики или даже сестричка.

– Получается, что вилерианки у вас какие-то совершенно безнаказанные, – нахмурилась я.

– Почему же? Ваендис, к примеру, приговорили к изгнанию. Она подала апелляцию, но дело настолько громкое, что суд откажет. Её наказание никто брать на себя не будет. Она станет первой и единственной в истории изгнанной из мира вилерианкой, – уверенно сказал Мейер, опуская меня на ноги. – Лиза, ненаглядная, через несколько часов отправляется дирижабль в Листаматур, и я хочу предложить тебе улететь на нём. Если ты не против, конечно.

– Совершенно не против, – руки так и не хотели отпускать его лицо, и я гладила пальцами бархатистую кожу скул. –Только нужно вещи из гостиницы забрать. И из первой клиники.