Книга Ловушка для лжепринцессы, страница 64 – Ульяна Муратова

— Значит, они более востребованы на брачном рынке?

— Да. Но они более капризны и избалованны, чем большинство переселенок. А ещё у них куча вечно лезущих не в своё дело братьев и дядей. И отец, который, как правило, считает, что его дочь могла бы сделать выбор лучше. Это из опыта моего старшего брата.

— То есть за переселенку некому вступиться, поэтому с ней проще?

— Как некому? А её клан и будущий муж?

— А кто может защитить её от клана и будущего мужа?

— Кто угодно. Если женщину кто-то обидит, она может подойти к любому мужчине — и её защитят. Накормят, пустят на ночлег, помогут. У нас нельзя бросать женщин в беде.

— И часто бывает такое, что муж обижает жену?

— Практически никогда. Какой в этом смысл? Сначала сражаться, ждать своей очереди на право ухаживать за переселенкой или добиваться внимания вилерианки, а потом бездарно потерять? И если докажут его вину, то больше женщин он не увидит. У нас с этим строго. Не ценишь одну — другую не получишь.

— А если вилерианка выберет его сама?

— Отговорят. Хотя, конечно, всякое бывает, но в основном так.

— А если у переселенки магических способностей нет?

— То это даже к лучшему, — пробасил Мейер.

— Потому что она точно отпор не сможет дать?

— Лисса, вилерианцу и опытный боевой таланнский маг отпор не может дать. Даже в полном военном облачении. У нас свои секреты и способности. А отсутствие дара лучше потому, что наша магия отличается от других. При наличии у девушки выдающихся способностей может произойти конфликт сил. Но у нас с тобой его не будет. Я вчера проверил. Мы прекрасно совместимы.

Вот тебе и массаж халявный. Даже в самом пустомиз самых пустых есть двойное дно… Наверное, больше не дождусь массажа, раз проверка уже показала совместимость.

— Мейер, а ты сказал, что ты поместье строишь. Что, прямо настоящее поместье?

— А какое, игрушечное? — усмехнулся он. — Конечно, настоящее. На двенадцать спален. Но если станет тесно, то можно потом пристройку сделать. Я в проекте такую возможность заложил.

— Как может быть мало двенадцати спален? — удивилась я.

— Ну вот у меня семь братьев. Это уже восемь спален требуется. Плюс по одной для матери и отца. Плюс гостевые. В родительском поместье двадцать семь спален. Но я решил, что мне такой большой дом пока ни к чему.

Ужас какой. Нет, с одной стороны, если сам эти спальни мыть собрался, то пусть он хоть пятьдесят строит. А с другой — всё равно как-то это чересчур много.

— Неужели ты все эти спальни сам будешь убирать? — удивилась я.

— Нет, конечно. Големы на что? Простую работу они отлично выполняют. Полы вымоют так, что те будут сверкать. Пыль вытрут, посуду помоют, бельё постирают.

Вау…

— А как выглядят эти големы и за счёт чего работают?

— Разве ты никогда не видела големов? — изумился Мейер.

— Вилерианских — нет, — выкрутилась я.

— Так они от таланнских ничем особо и не отличаются.

Ясно.

Понятно.

Очевидно.

Знать бы ещё, что там с таланнскими големами. Можно пояснительную бригаду, пожалуйста?

— Если честно, я в големах совершенно не разбираюсь, — напустила я дуринки во взгляд. — И мне было бы очень интересно тебя послушать.

Мейер недоумённо начал:

— Големов чаще всего изготавливают из глины. Это самый пластичный материал, да и дешёвый. Обычно их делают человекоподобными, но зависит от назначения. Бывают же и боевые. Но тех металлическими делают. Домашние големы безобидны. Похожи на подростков.