Книга Испытание, страница 216 – Трейси Вульф

Изадора поворачивается к Хадсону с презрительной усмешкой.

– Интересно, каково это – знать, что ты так жалок, что твоим друзьям приходится жульничать, чтобы помочь тебе победить?

– Вообще-то совсем неплохо, – отвечает он, – ведь это значит, что у меня есть друзья.

Она выхватывает из-за пояса нож и метает в него. Он переносится на несколько дюймов влево, и нож, просвистев мимо, едва не вонзается в зрителя-горгулью, который в последний момент обращается в камень. В результате нож отскакивает от его каменного тела и падает на землю.

Хадсон уже повернулся и смотрит, куда полетел нож – скорее всего, чтобы понять, не надо ли ему перенестись, заслонив кого-то из зрителей, – и Изадора тут же пользуется тем, что его внимание отвлечено. В мгновение ока она переносится к нему, на ходу вцепляется в его руку и использует этот импульс, чтобы швырнуть его на другой конец учебного плаца, так что он, словно тряпичная кукла, влетает в исполинские двери Большого зала.

К тому времени, когда она переносится в Большой зал, он уже успевает вскочить на ноги, а все мы бежим туда, чтобы увидеть, что произойдет дальше. Но прежде, чем добраться до Хадсона, она подпрыгивает, как в паркуре, пробегает по ближайшей стене и допрыгивает до гигантской железной люстры, висящей в пятидесяти футах от пола.

Она повисает, держась за ее нижний край, и только я успеваю задаться вопросом, что она будет делать дальше, как ее нога упирается в одну из боковых перекладин люстры и она отрывает от нее нижний брус. Толпа ахает, когда брус отламывается и Изадора начинает падать. Но она, ничего не замечая, переворачивается в воздухе и приземляется на ноги, занеся тяжелый брус над головой.

Я никогда не видела ничего подобного, и, похоже, Хадсон тоже, потому что его глаза немного округляются. Надо признать, что она чертовски сильна – и я могла бы этим восхититься, если бы сейчас она не пыталась убить мою пару. Но она пытается его убить, так что я всерьез нервничаю. Особенно, когда она рыча – да, рыча – пытается опустить железный брус на голову Хадсона.

Он отбиваетего мечом, но она разворачивается, и на этот раз брус ударяет его по плечу, а она язвит:

– Возможно, ты бы меньше отвлекался, если бы позволил нашему отцу как следует обучить тебя.

Теперь уже она едва успевает отразить его атаку, не дав ему отрубить ей ногу.

– А если бы ты тратила меньше времени на то, чтобы целовать его в зад, то, возможно, научилась бы думать своей головой.

Она в ответ злобно шипит и снова машет железным брусом. На сей раз она целится в ноги, и он подпрыгивает, чтобы избежать удара.

– Ты думаешь, у меня был выбор? – спрашивает она. – После того, как ты смылся, у меня не было выбора.

Он делает рубящее движение, и она, сделав сальто, перепрыгивает через его меч.

– Выбор есть всегда, – парирует Хадсон. – Просто тебе не хватило смелости сделать его.

– Я сделала то, что должна была сделать, – огрызается Изадора, опять взбежав вверх по ближайшей стене. На сей раз она сразу сбегает вниз и бьет железным брусом по его мечу изо всех сил.

Он чуть заметно спотыкается и с силой отбивает мечом ее брус. Это происходит так быстро, что она едва успевает подставить свой брус и падает на колени.

– Ты делаешь то, что хочешь сделать, – рычит он. – И тебе плевать, кто может при этом пострадать.