Книга Шарм, страница 99 – Трейси Вульф

Словно для того, чтобы подчеркнуть мои страхи, матрас прогибается, и я чувствую, как Хадсон смотрит на меня. Его голос полон участия:

– Что с тобой?

– Я в порядке, – отвечаю я, хотя мой голос звучит приглушенно, поскольку я продолжаю лежать, уткнувшись лицом в ковер.

– Я могу хотя бы помочь тебе встать? – нерешительно спрашивает он.

Его ладонь касается моей спины, и я движением плеч сбрасываю ее.

– Просто оставь меня. Я могу умереть здесь. Меня это устроит.

Он смеется:

– Вряд ли это возможно.

– Возможно, и еще как, – говорю я, наконец повернув голову, потому что этот ковер приятнее на вид, чем на вкус. – Для этого мне просто надо будет достаточно долго полежать на этом ковре.

– Думаю, прежде чем тебе удастся умереть, сюда явятся Арнст и Мароли, и вряд ли тебе захочется, чтобы они застали тебя в таком виде, – сухо отвечает он.

– Я уверена, что они видали виды и похуже. – Я прижимаюсь щекой к жесткой шерсти ковра и сожалею о том, что, свалившись, не прихватила с собой подушку.

– Похуже? – повторяет Хадсон, слегка запнувшись на этом слове. – О да, они определенно видали виды и похуже. Просто, э-э-э…

Должно быть, он машет надо мной рукой, поскольку я вдруг ощущаю дуновение на задней части моих бедер и на моей заднице. Потому что, конечно же, моя футболка задралась до талии. Ну еще бы.

Это означает, что, во-первых, последние пять минут всесамые чувствительные части моего тела были прижаты к самым чувствительным частям еготела, а во-вторых, что перед ним сейчас открылся такой вид…

Внезапно до меня доходит, почему он коснулся моей спины ладонью, которую я сбросила с себя. Он пытался прикрыть меня, а я не позволила ему это сделать. Конфуз за конфузом.

С тяжелым вздохом я хватаю простыню и одеяло и рывком тяну их вниз, одновременно перевернувшись на спину. Что создает еще один конфуз, поскольку вместе с ними с кровати сваливается и Хадсон.

И приземляетсяпрямо на меня.

Секунду мы оба слишком ошеломлены, чтобы двигаться. Но затем он смеется – смеется сердечно и весело, и его тело, прижатое к моему, сотрясается.

– Значит, твой ответ «да», – замечает он, наконец уняв свое веселье. – Тебе было так же хорошо, как и мне.

– Какого черта? – вскрикиваю я, вернее, не вскрикиваю, а шепчу, поскольку все 180 фунтов его веса лежат на моей диафрагме. – Ты наверняка делаешь это нарочно!

– Э-э, разве не ты стащила меня с кровати?

– Я хотела стащить только одеяло! Как я вообще могла сдвинуть тебя с места одной рукой, не говоря уже о том, чтобы стащить с кровати?

– Я наклонился к тебе, и мое равновесие было нарушено, – отвечает он. – Ты просто окончательно стащила меня вниз.

– Твое равновесие было нарушено? Черта с два! – выдыхаю я, когда мне наконец удается втянуть в себя воздух. – Ты же гребаный вампир, а значит, как я полагаю, способен сохранять равновесие всегда и везде.

– Я пытался убедить самую упрямую девицу из всех, кого я когда-либо встречал, позволить мне ей помочь. Я никак не ожидал, что в ответ она попытается стащить с этой чертовой кровати все, что только можно!

– Не вынуждай меня, – со злостью шепчу я. – Если ты сейчас же не слезешь с меня, то умрешь здесь вместе со мной. Только я позабочусь о том, чтобы ты отдал концы первым.

– Какая же ты кровожадная, Грейс. – Он неодобрительно цокает языком. – Разве так надо вести себя со своим крашем?