Книга Шарм, страница 133 – Трейси Вульф

– Как ты попала сюда? – спрашивает он, и я понятия не имею, понимает она его или нет. Но она что-то нечленораздельно верещит, машет и прыгает на него.

– В чем дело? – спрашиваю я, когда она наконец затихает. – Как она могла добраться сюда?

Хадсон явно ошарашен.

– Я тоже ее не понимаю. Но думаю, что она пошла по моему следу, а затем потеряла его, когда подошла к пещере.

– Поэтому она и психанула, – договариваю я. – Потому что решила, что потеряла своего драгоценного друга.

– Да ладно, я не виноват в том, что внушаю такую любовь. – Он дарит мне свою самую очаровательную улыбку – такую, которая особенно наглядно демонстрирует эту его чертову ямочку.

– Ты не виноват и в том, что у тебя на лице впадина, – отвечаю я, пожав плечами. – Но тебя все равно можно в этом обвинить.

– Это можешь сделать только ты.

– А что, здесь есть кто-то еще, о ком мне следовало бы знать? – Я вскидываю бровь.

– Здесь Дымка, – парирует Хадсон. – А ей нравится моя впадинка. То есть моя ямочка.

– В этом деле выигрываю я. – Я подхожу к Хадсону, но не слишком близко, потому что мне совсем не хочется, чтобы Дымка завизжала опять. – Что тысобираешься с ней делать?

Похоже, хотя я и стараюсь держаться от них на расстоянии, этой дистанции все же недостаточно, поскольку Дымка поворачивается и шипит на меня.

– Выкуси, – говорю я ей, закатив глаза.

– А что я, по-твоему, могу с ней сделать? – спрашивает Хадсон. – Она пойдет с нами.

– В Адари? Ты это серьезно?

– А какие варианты? – Похоже, он задет. – Оставить ее здесь?

Я хочу сказать «да», но, если честно, это просто потому, что мне не нравится, что она так ненавидит меня. К тому же я боюсь, что она может и правда укусить меня, если тени умеют кусаться.

Но я понимаю, что Хадсон прав. Мы не можем оставить ее здесь, на полпути к вершине. К тому же, если мы все-таки попытаемся это сделать, она просто последует за нами, и кто знает, какие беды это может принести.

– Хорошо. – Я вздыхаю. – Давай переоденься, пока я буду искать водоем. Я дам вам двоим время побыть наедине.

– Это звучит заманчиво, не так ли, Дымка?

В ответ Дымка весело верещит, и это верещание эхом отдается от стен пещеры, как я и опасалась.

– Переодевайся быстрее, – говорю я ему. – Или я уйду, оставив все грязные шмотки здесь.

Десять минут спустя я выползаю из пещеры, на сей раз с рюкзаком, полным грязной одежды, и четырьмя пустыми бутылками, которые я собираюсь наполнить.

Минутах в десяти от пещеры я нахожу речушку. Она узкая и бежит вертикально, а значит, быстро – как я и надеялась. Я где-то читала, что в быстрой воде бывает не так много бактерий, и я очень рассчитываю, что это правда.

Я быстро наполняю бутылки водой, затем пытаюсь выстирать нашу одежду, пусть и без мыла. К тому времени, когда я заканчиваю тереть ее о камень, она оказывается чистой, а мои руки становятся холодными как лед. Но это не мешает мне быстро искупаться. Должна признать, это приносит мне неизъяснимое удовольствие. Хотя вода и холодная, я очень рада тому, что наконец смогла смыть с себя грязь.

Вернувшись в пещеру, я раскладываю выстиранную одежду у огня и начинаю кипятить воду в пустых жестянках из-под батончиков с мюсли. Затем сажусь рядом с Хадсоном и Дымкой, которые играют в крестики-нолики на полу пещеры.

– Кто побеждает? – спрашиваю я, когда Дымка рисует огромный косой крестик в правом верхнем углу.