Книга Приятный кошмар, страница 92 – Трейси Вульф

Она замолкает, когда из клетки с пауками доносится душераздирающий вопль.

И, судя по ее виду, наконец начинает беспокоиться так же, как и я.

– Иди, посмотри, как там Джуд, – говорю я ей. – А я помогу Иззи.

Похоже, это ее не убеждает – во всяком случае, до тех пор, пока за воплем из-за двери не доносится странное чириканье.

– Иди, – повторяю я. Затем высвобождаю свой локоть из ее хватки и захожу в открытую дверь, меж тем как пространство вокруг нас оглашает еще один вопль, от которого стынет кровь.

Я закрываю за собой дверь и моргаю несколько раз, пока мои глаза не привыкают к здешнему странному красному свечению. Нам точно совсем ни к чему, чтобы эта тварь сбежала.

Я смутно припоминаю, как моя мать жаловалась на то, что ей пришлось искать особые лампочки, чтобы создать условия для этого существа, но тогда я ее почти не слушала. Но, судя по всему, этой твари не нравится обычный свет, поскольку не только все электрические лампочки здесь красные, но и крохотные окна, расположенные у самого потолка, затянуты странной красной пленкой, так что вся эта комната полна жутковатого красного свечения, от которого у меня по спине пробегают мурашки.

Однако Иззи это, похоже, ничуть не беспокоит, и она уверенно проходит в центр этой большой голой комнаты.

– Неужели тебе не хочется узнать, где прячется эта тварь прежде, чем ты вот так покажешься ей? – спрашиваю я, оглядываясь по сторонам и последовав за ней в центр комнаты. Мое общение с криклерами научило меня тому, что если не суетиться, то ты сохранишь в целости свои конечности и большую часть своей кожи.

Она пожимает плечами.

– Меня не пугают чудовища. По крайней мере, они честны и не пытаются ввести меня в заблуждение относительно того, кто они такие и чего хотят.

– Да, обычно они хотят заполучить какую-то часть твоего тела – плоть, кости, кровь… – Я замолкаю, вспомнив, с кем говорю.

Но Иззи только усмехается, обнажив свои очень длинные, очень острые клыки.

– Как говорится, не стоит стучать, пока не толкнешь дверь – вдруг она открыта.

– Вообще-то, это не свойственно мантикорам, – отвечаю я и кружусь на месте, пытаясь понять, где прячется это клятое чудовище. Ведь здесь не очень-то много мест, где оно могло бы скрываться.

В задней части комнаты стоят три больших дерева в кадках со стволами, покрытыми царапинами, похожими на следы от когтей. Некоторые из веток наполовину сломаны, и отломки свисают вниз, меж тем как другие оторваны полностью. По крайней мере, одно из деревьев, видимо, было яблоней, поскольку пол вокруг кадок усыпан объеденными до семечек огрызками яблок.

Остальная часть комнаты почти пуста, а ее стены исцарапаны еще сильнее, чем стволы деревьев. Здесь есть только большая лежанка, видимо, для сна, несколько корыт, заполненных водой и блестящих имеющих форму буквы Z крупиноксухого корма, которым мы кормим этих чудовищ, запертый на цепь шкаф, в котором, я думаю, хранится запас корма, и массивная цепь, идущая вдоль центра комнаты.

У меня есть всего одна секунда, чтобы смекнуть, что эта цепь, видимо, прикреплена к самой этой твари, похожей на кальмара, – и я следую за этой цепью взглядом, когда комнату оглашает рокочущий рык.

– Где эта тварь? – восклицает Иззи, когда мы обе резко поворачиваемся влево, откуда и донесся этот звук.