Книга Приятный кошмар, страница 116 – Трейси Вульф

– Я тоже, – соглашается Ева. – Но вы уверены, что хотите взять с собой эту штуку?

– Я хочу знать, что еще она скажет. А вы разве нет? – Мне приходится кричать, чтобы они могли расслышать меня, несмотря на ветер, который значительно усилился за последние пару минут.

– Хмм, я однозначно этого хочу, – говорит Луис, закончив скатывать гобелен в рулон и закинув его себе на плечо. – А теперь давайте уберемся отсюда, лады?

Мы пускаемся бежать в сторону общежитий. Теперь дождь льет с такой силой, что земля пропитывается водой,и каждый шаг по раскисшей глине и мокрому вязкому песку дается нам с трудом.

Мы продвигаемся вперед медленно, и еще больше наше продвижение замедляют неистовые порывы ветра, дующего нам прямо в лицо. Не раз и не два Луис едва не выпускает из рук гобелен. Но каким-то образом мы все-таки движемся и в конечном итоге добираемся до дорожки, ведущей от учебных корпусов к общежитиям.

Здесь мы ускоряем наш бег – вернее, пытаемся, насколько это возможно. Но наши покрытые глиной кроссовки скользят на гладкой дорожке. Когда раздается особенно ужасающий раскат грома, я начинаю гадать, удастся ли нам вообще вернуться назад.

Наконец мы проходим через калитку в заборе и направляемся прямиком к главному корпусу общежитий. Мы почти уже добрались до него, когда я замечаю что-то розовое и останавливаюсь как вкопанная. И пытаюсь протереть глаза от заливающей их воды и проследить за этим розовым пятном, блуждающим под ливнем.

Это опять она – та самая беременная женщина в розовой ночной рубашке, которую я видела за окном общежития.

Ее волосы совсем распустились и облепили ее лицо. Но что-то в ее походке и повадке – даже в разгар этого шторма – кажется мне знакомым.

Еще более странно то, что, хотя я понимаю, что она всего лишь призрак, она чертовски напоминает живого человека. Да, ее тело полупрозрачно, но в отличие от других привидений, видно, что волосы у нее насыщенного каштановые, а цветы на ее ночной рубашке имеют ярко-лиловый оттенок.

Я не знаю, почему ее вид так отличается от вида остальных духов и почему она ведет себя так необычно. Вместо того чтобы общаться с остальными призраками – или попытаться пообщаться со мной, – она просто блуждает взад и вперед. Похоже, она даже не замечает, что я вообще существую, меж тем как я сама не могу не замечать ее.

В небе опять вспыхивает молния и гремит гром, и Ева сжимает мою руку выше локтя.

– Почему ты остановилась? – кричит она. – Пошли!

– Извини! – Я ускоряю бег, и мы врываемся в главную дверь основного корпуса общежитий так стремительно, будто от этого зависит наша жизнь. И, возможно, так оно и есть, если учесть, что едва дверь за нами затворяется, как небо одна за другой начинают раскалывать такие мощные и частые вспышки молний, каких я никогда не видела прежде.

Оказавшись внутри, Луис роняет гобелен и растягивается на полу, раскинувруки и ноги. Ева прислоняется к стене, шумно дыша. А я просто наклоняюсь, уперев ладони в колени и отчаянно пытаясь восстановить дыхание.

Но мы не можем оставаться в общем зале вечно – я промокла и замерзла. Ева подбирает свернутый гобелен, и мы подходим к столу, чтобы взять контейнеры с нашим ужином. Но я успеваю сделать только несколько шагов, когда за моей спиной раздается голос моей матери, за которым слышится стук ее каблуков по истертым плиткам пола.