Онлайн книга «Миссия: соблазнить ректора»
|
Женщина — её голова и фигура были укрыты плащом, а лица в темноте было вовсе не разглядеть — замахала руками. — Говорю ж, не пускают меня! Нельзя, не положено, ждите, говорят, пропускного дня… а тут сынок мой учится. Я ему посылку передать хочу! А привратник ваш не пускает и не берёт, ирод окаянный. Мало ли, говорит, что ты, тётка, несёшь. Слышь, дочка, выручи, а? Передай посылочку-то — Так давайте я вашего сына лучше позову? — предложила я, чувствуя одновременно и жалость, и неловкость. — Заодно и поговорите… — Не придёт он, дочка. Не хочет. Он у меня отличник, умница, лучший в этой школе, но меня стыдится. Дружки у него те ещё… Хорохорится перед ними, важничает, небось насочинял, что из семьи ферров каких-нибудь. А тут я, ни к селу, ни к городу, не пришей кобыле хвост… Подсоби, дочка, а? Передай посылочку. — Ну… — мне стало совсем не по себе. Нарушать правила ЗАЗЯЗ вот так вот просто, без веской причины, не хотелось. — Ну… может быть… А как зовут вашего… Договорить я не успела: женщина неожиданно ловко перекинула через высокую ограду довольно увесистый тюк и растворилась в темноте с более чем приличной скоростью. Я поймала брошенное чисто инстинктивно — и тут же ярко вспомнились взрывающиеся в ладонях ампулы. Но не успела я испугаться, как услышала тяжёлые шаги за спиной, а в следующую секунду меня толкнули так, что я взвыла, ударившись скулой о чугунную ограду, прикусила щёку и сглотнула слюну с привкусом собственной крови. Почти тут же мне на голову опустилась тёмная плотная ткань, а чьи-то руки больно сдавили плечи. — Попалась, гадина! Я попыталась пнуть схватившего, но ноги мои вмиг оторвались от земли и тоже оказались зажаты чьими-то крепкими руками, из чего я сделала вывод, что нападавших, как минимум, двое. А скорее трое… Больше-то всё равно некому! Да что ж они никак не угомонятся?! Через плотную ткань дышать было тяжело, кричать и вовсе бессмысленно, а звуки доносились размыто, и опознать похитителей по голосу я бы не смогла. — Ребят, нувы чего! — неожиданно выступил кто-то. — Да ну её, ещё увидит кто! Пойдёмте, отпустите… — Заткнись! — Нет, я её прямо тут и закопаю! — отозвался второй, как жаль, что я совершенно не могла разобрать, чей же это голос. — Но сначала распробую, так ли хороша… — Да обычная шалава, что там может быть хорошего, дырка без зубов — и ладно, — отозвался третий, который и шалав-то в своей жизни явно никогда не видел. Я замычала и стала извиваться, как гусеница. Услышала треск ткани и только что не застонала от досады. — Оставьте её! — выкрикнул первый, самый здравомыслящий — или трусливый, и то, и другое было мне на руку. — Я не хочу вылететь из Академии и в тюрьму не хочу… — Из-за подстилки какой-то?! — возмутился второй или третий. — Да она ничего не докажет! В ответ я вцепилась зубами в удерживающую меня руку. Раздался жалобный, почти детский вскрик, потом гневный рык, потом звон, как будто разбилась стеклянная бутылка, а затем к моей шее прижалось что-то острое, впившееся в кожу даже через ткань мешка. — Не дёргайся, ясно?! Меня бросили на землю, и я почувствовала, как промокает и без того порванная ткань платья на влажной грязной земле. — Ты глянь, какие ножки! Дорогая девка… — Сам министр не брезгует! Или замминистра..? — От него-то ты и огребёшь… Всё, я пошёл! |