Онлайн книга «Миссия: соблазнить ректора»
|
— Возьмите, — Тарин протянул мне пухлый конверт. Как во сне, я заглянула внутрь: деньги. И, кажется, дубликаты документов Ари Эрой. — Обратный экипаж до Академии отойдёт от точки назначения в пять часов после полудня. — А ты со мной не поедешь? — вырвалось у меня. Тарин покачал головой, отступил в темноту и исчез. Конечно, Эстей всё продумал, в отличие от безголовой меня. Совершенно напрасно я думала, что он забыл обо мне и о моей миссии. О, нет. И нечего и думать о том, чтобы попытаться сбежать. Я и не думала. Страх и вина придавили меня к земле. Ехать до Асветона долго, можно поспать в дороге. К тому моменту, как экипаж окажется в столице, уже будет утро. * * * Стул был неудобным, жёстким, кроме того, одна ножка была короче остальных, и стоило пошевелиться, как неказистая конструкция с противным скрипом кренилась вбок, норовя окончательно развалиться. Я сидела на этом стуле уже час после лекарского осмотра, омерзительно стыдного, по-прежнему ощущая прикосновения чужих холодных рук в перчатках, профессионально-точных, но от этого не менее неприятных. Терпеливо ждала, пока исполнительный худосочный секретарь пышнотелой верлады Гольфрейн — такое имя было вышито на коричневом манжете сидящей передо мной полной немолодой женщины — закончит записывать трагические обстоятельства произошедшего со слов потерпевшей. То есть с моих слов. Лист за листом убористым, но разборчивым почерком. Немые и глухие свидетели моего бесчестия… Жаль, что люди, в отличие от бумаги, более чем говорливы. Наконец, листки с исповедью очередной наивной обесчещенной дурочки оказались на столе исполнительного судебного председателя. То, что потеря моего столь ценного в нашем мире девичества была равнодушно зафиксирована сухими казёнными фразами на дешёвой желтоватой бумаге, казалось немыслимым — и в то же время неопровержимым фактом. — Итак, —наконец, подытожила верлада Гольфрейн, тщательно изучившая записи, словно в них могло появиться нечто новое — для этого ей понадобилось нацепить на нос очки и заправить за уши трогательно сиреневатые пряди тонких, чуть курчавых волос, — вы утверждаете, что ваше… гкхм… интимное сношение с верладом было первым и единственным, верно? И времени с… гкхм… вашей встречи прошло не более суток? Я кивнула. — И этот контакт был… гкхм… добровольным с вашей стороны? Акт насилия вы отрицаете? Я опять кивнула, жалобно всхлипнула и прикусила щёку, чтобы глаза наполнились слезами. Впрочем, притворяться особо не требовалось. Мне было до слёз тошно от себя самой. — Что ж, результаты медицинского освидетельствования подтверждают наличие… гкхм… достаточно свежих соответствующих повреждений. Кроме того, изъяты и взяты на анализ образцы… гкхм… биологических жидкостей, которые… После того, как верлад будет вызван для, гкхм, соответствующей экспертизы, которая подтвердит или опровергнет тождественность материала и, соответственно, правдивость ваших слов, только тогда мы сможем завершить официальное заключение с предписанием к немедленному заключению, гкхм, брачного союза и судебным ордером в случае возражения… — Послушайте! — перебила я методичную служащую Малого королевского суда Этических противоречий. — Благодарю вас, верлада Гольфрейн! Я всё же надеюсь, что мой… возлюбленный, что мы… уладим дело миром, безо всяких там судебных и дополнительных. Он не откажется связать со мной свою судьбу. Он любит меня и всё такое, ну, вы понимаете… |