Книга Право первой ночи для генерала драконов, страница 78 – Екатерина Скибинских

меня не требовал. Принести завтрак-обед-ужин, убрать в комнате. Ровно все то, что я

делала и раньше. На привычный ритм наложилось присутствие Дрейка в комнате во

время большинства дел, особенно раздражающее, когда мне приходилось его

обслуживать. Он занимался своими бумагами, пока я убиралась, будто ничего не замечал, но порой его взгляд, нечаянно задержавшийся на мне, заставлял сердце судорожно

пропускать удар.

Вечером я приносила ему воду для купания, и тут смущение доходило до грани —едва

хватало сил дышать спокойно, как только он заходил в воду. Каждый бульк, каждый

всплеск эхом отдавался в комнате. Я старалась не смотреть, вертела в руках полотенце, глупо стоя у дверей, пока он не произносил холодно, что я могу быть свободна.

Помимо этого, к моим обязанностям добавились особые поручения. Забрать откуда-нибудь плотно запечатанный сверток или, наоборот, отнести какие-нибудь документы.

Вечера стабильно проводила, перебирая выданные драконом папки, выписывая из них

что-либо или просто пытаясь отыскать, в какой из них находятся сведения о каком-то

конкретном человеке или какие относятся к конкретному году.

Вся эта информация для меня не имела никакого смысла. Я так и не поняла, чем именно

дракон занимается и что или кого ищет. Впрочем, меня этоособо и не волновало. Не

меня — и на том спасибо.

На третий день такого моего служения мне добавилось еще одно поручение. Пойти в

таверну на другом конце города, найти там в дальнем углу за столиком угрюмого

бородатого мужчину с рваным шрамом на щеке и сказать ему: «Черная смородина в этом

году хорошо уродилась. Счастье, что она не такая кислая, как красная». Я несколько раз

переспросила дракона, точно ли мне именно этот бред нужно сказать! Но он еще и

заставил меня несколько раз эту чушь повторить, чтобы убедиться, что я ни одно слово не

перепутаю.

До последнего была уверена, что тот бородач, действительно ожидавший в углу за

столиком, как минимум меня пошлет. Но он несколько мгновений всматривался в мое

лицо, после чего неохотно разлепил губы и выдал следующее:

— А я больше люблю крупную черную вишню. Но в этом году предпочел бы приобрести

стальные спицы.

— Ага.... Рад за вас, — брякнула я и, посидев еще пару минут, ожидая, будет ли сказано

что-то еще, поспешила обратно в таверну к дракону. Там и передала эту ахинею. И почти

не удивилась, когда он удовлетворенно кивнул.

— Молодец. Завтра пойдешь к другому человеку на встречу. Скажешь ему эти же слова и

еще одну фразу, — сообщил дракон.

Тут я уже не выдержала. Уровень таинственности просто зашкаливал.

— Я понимаю, что на самом деле вы не огород обсуждаете, да меня и не волнует, о чем у

вас там в зашифрованном послании речь. Но почему не магическая почта?

Вы же дракон, владеете магией. Зачем напрягать такого, как я? Тот же ягодно-вишневый

бред можно отправить и запиской.

Дрейк лишь вскинул бровь, как будто ждал этого вопроса, и лениво пояснил:

— Идеального шифра не существует, всегда найдется тот, кто его разгадает хотя бы

частично. Магическую почту могут перехватить. А кто, по-твоему, обратит внимание на

тебя? — Он усмехнулся. — Никто даже не подумает, что этот лохматый посыльный может

быть связан со мной.

Надо признать, это было не лишено смысла. Насколько я успела разобраться в

подноготной этого мира, драконы презирают людей, считая их низшим сортом, и более-менее признают лишь аристократов, а люди люто ненавидят и боятся чешуйчатых. Не без