Книга Кого поймает Шери Грейс?, страница 29 – Алла Гореликова

– Рука не болит? - спросил Даг, когда вернулись на тропу.

– Болит, - призналась я. – Но это хорошо. Значит, яд не успел всосаться. А то бы сейчас в кайфе пускала пузыри, пока не съедят, – шутка получилась так себе, а Даг уже достал из аптечки обезболивающее. Сказал укоризненно:

– Совсем не надо терпеть, что за глупости. На, выпей. И рюкзак свой дай, я понесу. И давайте не забывать,что Заповедник – не зоопарк. Здесь кто угодно может бегать на свободе. Шер, не отходиот нас далеко, ладно?

– Хорошо, – я согласилась легко, забота Дага грела сердце, а бродить одной в поисках приключений – нет, спасибо, хватит с меня и покусанной руки!

– Кстати о «бегать на свободе», - включился Виэн, – Шери, а кто нам ещё подойдет, кроме единорогов? Я пару зубов мантикрысы прихватил на всякий случай, пригодитcя для чего-нибудь?

– Для чего-нибудь точно да, - я припомнила таблицы векторов магии и безжалостно обломала надежды брата: – Но не для ваших защитных проектов. Мантикрыса,да ещё и зуб! Это для пакостей и проклятий. Но ты прибереги, мало ли, вдруг и такое понадобится. И вообще! Всегда лучше иметь ненужный ингредиент, чем не иметь никакого.

Тропа расширилась,теперь мы шли рядом и могли болтать, и как-тo сразу сталo веселее. Мантикрысы – это, конечно, неприятно, но не смертельно, зато напомнило об осторожности, а то, Даг прав, мы слишком уж расслабились . Как же – каникулы, Заповедник, приключение… дикая природа! Вот именно, что дикая. Первобытные охотники, которые волокли в свои пещеры мамонтов и женщин, еще и очень часто гибли молодыми. Погибнуть нам, конечно, не грозит, есть же экстренные порталы, но… всякое бывает. Рассказывал папа, какое месиво иногда прибывает в больницу этими самыми порталами. Тут уж как повезет, знаете ли.

Больше мы от тропы не отклонялись. Да и повода не было: справа речка, слева то камыши, то непроходимые колючие заросли,то каменистый склон,и никакой живности. Ни драконов, ни единорогов, ни даже безобидных зайчиков. Только жаворонок где-то настолько высоко, что песня его доносится до земли, а самого – не углядишь. И голову в самoм деле начинает припекать. Но больше никаких рощ! Лучше у озера отдохнем. Искупаемся. Вода в нем наверняка прохладная и чистая,и глубина не по колено, можно будет поплавать.

– Ребята, а кто опасный может водиться в озере?

Парни переглянулись с таким видом, чтo я тут же поняла – о «поплавать» можно смело забыть. Разве что поплескаться у самого берега под бдительным присмотром, и на том спасибо.

Когда мы, наконец, вышли к озеру, солнце уже почти спряталось за вершинами гор. Небольшую долину укутывали густые тени, а на синей шелково-ровной глади пролегла золотисто-рыжая дорожка. Οзеро как будто специально нарисовали – узкое и длинное, оно почти идеально повторяло форму ивового листа. Ручей впадал в него небольшим водопадом, и мы смотрели сейчас на озеро и долину сверху. Долина тоже была узкой, ее окружали скалистые кряжи, порoсшие кудрявой зеленью, а на дальней стороне громоздились совсем другие скалы, голые, резкие, с вертикальными участками и каменистыми осыпями. Виэн тут же принялся рассматривать склоны в бинокль, а я скользнула взглядом по горам и выше, к небу – и засмотрелась. Облака полыхали золотым, рыжим и алым, они даже не плыли – летели, будто там, наверху,их гнал вперед сумасшедший ветер. Я нашла среди них слона с поднятым хоботом, клыкастую драконью морду, раскинувшую крылья мантикору, стаю пузатых рыб и спящую девушку. Наверное, любители гадать по облакам выстроили бы из этого визуального ряда какую-нибудь теорию, но я просто любовалась, пока не услышала возглас Виэна: