Книга Гранатовая бездна Калиройя, страница 117 – Олла Дез

Мы вскочили в сёдла, и гонка началась. Весь день мы провели в пути и ночевать остановились прямо в лесу. Магни хорошо знал дорогу, и мы ему доверяли. Двигались мы обратно, в сторону столицы. Именно в том направлении и располагались оба разлома. Они были в некотором удалении от основных дорог, но там тоже должны были быть домики и необходимые запасы.

Магни выдал нам одеяла и подушки. А ещё раскатал небольшие матрасы. Я улеглась возле костра. Я плохо стала спать. С трудом засыпала всё последнее время. Глаза слипались, усталость от дороги ощущалась колоссальная, а вот сна не было. Не знаю, чем это можно было объяснить, но именно на это я стала сваливать моё постоянное раздражение и злость. А ещё на тоску. Звериную тоску по Рунольфу.

Утром я с удивлением увидела, что эта парочка благополучно спит обнявшись. Вот точно вечером они были на противоположных сторонах костра. А за ночь переместились. Вот что истинность с варгами делает. Заставляет левитировать, не иначе.

Мы добрались до разлома к обеду следующего дня, и я, выставив пальчик, тыкнула вперёд и спросила:

— Ма… Магни? Это что?

-Это разлом! — ответил невозмутимо друг.

— Это не разлом. Это называется геологическое обнажение!

— Что? — приподнял брови Магни.

— Да так ничего. Один всё забери!

В моём Мире, в Вологодской области, есть геологическое обнажение. Называется оно Опоки. И это, в самом деле, выход на поверхность древних пород, а совсем не разлом. Считается, что это произошло в Пермском периоде. Это, как полагают учёные, результат распада огромного единого суперконтинента Пангея. Тогда же произошло и вымирание многих видов животных.

Вот и сейчас, передо мной лежал огромный палеонтологический тортик, в котором слоями были уложены камни, глина, геологические породы. Преобладали ярко красные цвета. И почти так же, как и в Опоки, в середине этого тортика было углубление в виде римской цифры пять, или знака победы. Как будто кто-то лопаточкой взял и вынул треугольный кусочек. А лес по краям был ярко зелёного цвета, казалось, что он свежее остальной части.

Единственное отличие — цвет. Все-таки в Опокикрасная глина не такая яркая, как здесь, но во всём остальном, сходство было поразительное.

— А домик? — вздохнула я.

— Нет тут домика, — припечатал Магни, а потом пояснил, — Не проводились здесь никогда празднования. Доступность крайне плохая. Ближайшее поместье очень далеко. Вот и не ездил сюда никто. Поэтому я и взял с собой дополнительную лошадь с едой и постелью.

И Герда послала ему обожающий взгляд, а я закатила глаза.

Они остались обустраивать лагерь, разводить костёр и готовить походный обед, а я, отцепив от пояса юбку, отправилась на разведку, прямо к тому месту, где из торта вырезали кусок. Тут не было водной глади озера, как в моём Мире, а была густая зелёная трава, над которой и возвышался вот этот большой красный торт.

Место для лагеря мои спутники выбрали подальше от геологического обнажения, благо были хорошо осведомлены о последствиях закрытия разлома.

Я вошла внутрь и двинулась вперёд. Если здесь тоже окажется яма, то мне понадобятся помощь и веревка. Под ногами были красные камни, вперемешку с такой же кроваво-красной глиной. Далеко идти вглубь мне не пришлось. Я поскользнулась на гладкой поверхности и, растянувшись во весь рост, скатилась вниз v-образного углубления.