Книга Любви и тундра не помеха..., страница 75 – Наталья Екимова

— Разве ты не в курсе, что на месте раскопа тем, кто не является сотрудником археологической экспедиции, находиться строго-настрого запрещено? Мы имеем дело с хрупкими культурными ценностями аборигенов! На первый раз ограничусь штрафом! При рецидиве отправишься в обезьянник на пятнадцать суток. И не дай бог увижу, что шастаешь около Иветты и Виктора или моей невесты! Без всяких чар так взгрею, что до конца своих дней помнить будешь!

— Да я ничего не хотел дурного, Пётр, сын Дара, — тут же принялся оправдываться шельмец.

Только постоянно бегающие чёрные глазки говорили об обратном.

— Вышвырните его за ворота и проследите, чтобы снова не припёрся! Квитанцию о штрафе не забудь оплатить, Тала! Иначе уже с завтрашнегодня будут начисляться солидные пени за просрочку!

Двое дюжих мужчин из местных, у них тоже накопилось немало претензий к нечистому на руку торговцу, поступили, как водится, в этих краях. Сначала крепко намяли оборотню бока, чтобы понятливее был. Потом вышвырнули за ворота ограды вокруг раскопа и пообещали в следующий раз больше так не церемониться.

Иветта и сама не понимала, почему её так тянет к огромному валуну. Он лежал на самой окраине территории, где археологи искали северные древности. Решила, что излишнее благодушие в данном случае может быть чревато слишком большими проблемами. Поэтому девушка поделилась странностью с Трефилкой. Черноглазая нойда быстро разожгла небольшой костерок и деловито засунула в пламя оленью лопатку. После чего сердито проворчала:

— Когда дело касается Роты, Сациен и гостей из Мира Духов, лучше принять все возможные меры предосторожности. Это гораздо лучше, чем потом годами расхлёбывать грандиозные последствия собственной самонадеянности.

Внимательно рассмотрела знаки. Они вскоре зазмеились на поверхности чуть желтоватой кости. После чего проворчала:

— Угар совсем с катушек слетел, как помер! Он проклятие сильное наложил, чтобы оскудели здешние ягельные поляны. Охота совсем плохая стала. Ничего толком не росло. Всей моей силы не хватит, чтобы распутать вредные чары.

Тут Ветка почувствовала, как забурлила внутри по венам энергия двух даров. Ими наградили её Разиайке и Вирка. Обе северные богини прекрасно знали, насколько подл зарвавшийся равк. Поэтому и дали молодой нойде силы исправить содеянное им зло.

Решивший проверить, всё ли в порядке с подарочком здешним людям, беспокойный мертвец, отыскал ещё одну неприметную тропку в мир живых. Он никак не ожидал, что его плетения обратятся против него же самого. Иветта ещё и другие заклятья добавила из тех, каким её обучили Геката, Нокс и Талея.

Из земли в мгновение ока выросли густые плети колючих вьющихся роз. Их обожала в качестве воспитательных инструментов цветочная фея Лира. Усеянные пятисантиметровыми шипами верёвки нежно обвились вокруг запястий и щиколоток незадачливого вредителя. Дар же его ослабел настолько, что он не смог разорвать даже знакомые чары. Что уж говорить об иноземных.

Пленник повис вниз головой, точно причудливый тропический плод. Напрасномёртвый колдун пробовал не просто качать права, а угрожать. Ветер развевал седые волосы, точно хвост метлы у очень нечистоплотной ведьмы.

— Немедленно освободи меня, пакость такая! И принёс же тебя Каврай на мою голову!