Книга Леди тьмы, страница 27 – Мелисса Рёрих

– Почему ты хочешь знать об этом?

– Потому что там, откуда я родом, проживают одни из самых одаренных и искусных целителей всех земель. Может, я смогу послать весточку, и они помогут.

На мгновение Скарлетт потеряла дар речи, затем выдохнула:

– Осторожнее, капитан, иначе я решу, будто тебе не все равно.

Райкер наградил ее пристальным взглядом.

– Конечно, мне не все равно! Стоит ли тратить время на обучение той, которая никогда не сможет применить полученные навыки на практике?

– Первые девять лет своей жизни я провела в Доме целительниц. Если они не сумели разобраться в характере моего недуга, то никому другому это и не под силу, – со вздохом ответила Скарлетт.

– Местные целители сильно отличаются от тех, к которым имею доступ я, – осторожно возразил Райкер.

– Я почти уверена, что целители, с которыми знакома я, – лучшие во всех трех королевствах, – сухо возразила она.

Не дождавшись никакой реакции, она подняла на Райкера глаза и, внимательно всмотревшись в лицо, глубоко протяжно вздохнула.

– Моя мать была самой искусной целительницей во всем Виндонеле. К ней обращались и бедняки, и аристократы. Люди приезжали даже из других королевств. Но мне она ничем не смогла помочь. Куда уж другим с ней тягаться?

– Твоя мать была целительницей? – спросил он задумчиво, будто пытаясь разгадать загадку.

Вот черт! Этими сведениями она не собиралась делиться, но было поздно брать свои слова обратно.

Вздохнув, Скарлетт сказала:

– С раннего возраста я принимаю на ночь отвар. Мама смешивала его для меня каждый вечер. Помню, как сидела на табуретке на кухне и наблюдала за добавлением различных трав и эликсиров. Снадобье я пью примерно в одно и то же время, после чего чувствую усталость. Однажды, когда мне было шесть лет, мама разрешила пропустить прием. В тот день в городе был большой праздник, не помню по какому поводу, но планировались фейерверки. Я упросила маму разрешить мне не ложиться допоздна, чтобы их посмотреть. Мои близкие друзья собирались пойти, и я хотела с ними. В конце концов она согласилась.

Помолчав немного, Скарлетт продолжила:

– Фейерверк был прекрасен. Увиденное целиком и полностью оправдало ожидания шестилетнего ребенка – и во многом превзошло их. Почти два часа небо озарялось яркими вспышками красного, золотого и пурпурного. Под конец мне стало нехорошо. Зрение затуманилось, меня стошнило. Мама взяла меня на руки, ахнув от того, какая я горячая. Но меня терзала не обычная лихорадка. Я чувствовала, как пылают внутренности, как меня в буквальном смысле поглощает темная ночь.

Скарлетт смотрела прямо перед собой, вспоминая панику в глазах матери, когда та спешила по улицам с дочерью на руках.

– Возвращение домой в моей памяти не сохранилось. Наверное, маме удалось найти лошадь. Мне показалось, что это заняло считаные секунды. Я то приходила в сознание, то проваливалась в небытие, пока она вливала мне в горло другой отвар. Я проспала два дня, а когда проснулась, была в полном порядке. Мама заставила меня поклясться, что я никогда больше не буду пропускать прием лекарства, если только в том не возникнет крайней необходимости. Она дала мне ампулы со снадобьем, которое велела принимать в экстренных случаях – если не получится выпить привычный отвар.

После ее смерти лекарство для меня готовила Верховная целительница комплекса, в котором я жила. Она делаетэто до сих пор, и каждый вечер отвар доставляют в поместье.