Книга Свет, ставший ядом, страница 8 – Елена Инспирати

– Ты не выглядишь отдохнувшей, здоровой и полной сил. – У выхода из ванной меня ждал Алекс, хмуро оглядывая с ног до головы. – Ты исхудала, и глаза у тебя тусклые. Кожа всегда была такой бледной? Где здоровый румянец?

– Не понимаю, о чем ты.

Я обошла его и направилась на кухню, но он хвостиком последовал за мной и в итоге снова встал на пути.

– Что за кошмар?

– Не было никакого кошмара. Со мной все хорошо.

– Но ты же сказала, что тебе приснился кошмар.

Когда я такое говорила? Брат был уверен в своих словах и в том, что слышал от меня подобное заявление.

– Тебе показалось, – предположила я.

– Да? – Он скрестил руки на груди и немного прищурил глаза.

– Я кашляла? Нет. Значит, не вру. Я ничего не говорила.

– А что, если у тебя провалы в памяти? Ты просто сама веришь в свою ложь, поэтому не кашляешь.

– О чем ты? – Очень хотелось возмутиться, но пришлось остановиться и выдохнуть. Все-таки брат всегда был любопытным, как, впрочем, и я в детстве, неправильно винить его за желание докопаться до истины, даже если он говорил о безумных вещах. – По-твоему, можно так умело врать, что даже приступов не будет?

– Видимо, возможно.

– Смех, да и только. – Я помотала головой и все же добралась до чайника. – Ты говоришь нелепые вещи. Люди никогда не смогут врать. Забыл? Вранье – это плохо. А нам это не свойственно.

– С тобой явно что-то не так. Ты мне не нравишься.

Оставив меня с открытым ртом на том же месте, не дав сказать и слова, он ушел в свою комнату.

Что не так?

Аппетит пропал, даже печенье есть не хотелось, а все из-за нелепых предположений младшего брата, что со мной якобы что-то не так. Меня это будто оскорбляло. Со мной было что-то не так, поэтому я попала в оздоровительный лагерь. Сейчас же, за исключением отрешенности и усталости, я была в полном порядке.

Я повернула голову к окну. Пейзаж казался одновременно родным и совершенно чужим. Густые заросли кустарников разной высоты стеной отгораживали от неизвестности, размытых очертаний построек.

– Тебя мама. – Алекс вернулся на кухню и встал напротив меня.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы оторваться от окна и обратитьвнимание на брата, который уже крутил телефоном у меня под носом.

– Слушаю, мам, – сказала я, поднеся телефон к уху.

– Наконец-то! Почему ты не брала трубку? – Возможно, из-за переживаний голос мамы охрип.

Чтобы не усугублять ситуацию, я поспешила ее успокоить.

– Все хорошо. Просто была в душе. Что-то срочное?

– Да! Быстрее приведи себя в порядок. Скоро придет Дэйв.

Алекс, все это время стоявший рядом и подслушивающий разговор, окинул меня взглядом и посмотрел на время.

– Скоро? Как скоро? – неуверенно уточнила я.

– Примерно через час.

– Нет-нет! Я не готова. Надо ведь…

– Некогда разговаривать, – меня перебили. – Он придет поговорить о свадьбе. Ты как себя чувствуешь?

– Хорошо? Да, наверное, – мямлила я, понимая, что перечить мне не позволят. Как бы сильно я ни хотела отложить встречу с женихом из-за собственных страхов, у меня не было права.

– Поторопись.

Звонок оборвался. Брат забрал у меня телефон, сказал что-то, похлопал по плечу.

Оставив завтрак на столе, я удалилась в комнату и первым делом схватилась за фен.

– Внешность же неважна, – бубнила я, пытаясь привести волосы в порядок. Раньше они были куда послушнее и объемнее. Проводя по ним пальцами, я морщилась от того, какими сухими они стали и как сильно путались, а ведь должны мягкими кудрями спадать по спине и блестеть под солнцем.