Книга Три дня до смерти, страница 36 – Келли Мединг

— Ты видел меня в ту ночь, когда я исчезла? — спросила я.

Макс продолжал смотреть на Вайята:

— Мы не говорили в ту ночь.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который у меня есть, Эвангелина. Мне жаль.

Вайят поднял правую руку ладонью вверх, на уровне глаз. Свет искрился над ней, сначала просто мерцая. Затем он вырос, превратившись в солнце размером с бейсбольный мяч, которое излучало тепло и светилось желто-оранжевым. Макс отступил в дальний угол гнезда, подальше от светящегося шара. Испуганная неожиданной реакцией горгульи, я разглядывала вызвавший такую реакцию предмет, пытаясь понять, что напугало Макса в углу. Я почувствовала жар, исходящий как от шара, так и от Вайята. Ощутила чудовищность того, что он сделал.

Вайят вызвал солнечный свет.

Он шагнул к Максу, увеличивая силу солнечного шара. Макс взревел, звук сотряс каменные стены вокруг нас. Комната наполнилась мягким треском и запахом озона.

— Тыубьёшь меня и всё равно ничего не узнаешь, — проговорил Макс.

— Я не хочу тебя убивать, — ответил Вайят, делая ещё один шаг ближе. — Просто хочу выяснить, что ты знаешь, поэтому, если не хочешь получить худший в мире солнечный ожог, предлагаю тебе всё выложить.

— Я ничего не могу рассказать ни вам, ни вашему виду. Никакая угроза не может изменить этот факт.

— В самом деле?

Солнечный свет становился ярче, треск более выраженным, как будто кто-то шел по полу, заваленному арахисовыми скорлупками. Последовал тихий скулеж — два звука, связывающие и создающие симфонию боли Макса. Однако больше, чем эффект на Макса, меня ошеломило проявление силы Вайята. Несколько раз в прошлом я видела, как он вызывал небольшие предметы, оружие, иногда даже искру пламени, когда нуждался в спичке. Но никогда силу самого Солнца, сконцентрированную и полностью ему подконтрольную.

Озон продолжал заполнять комнату, вызывая у меня тошноту. Макс больше не двигался в своем углу. Он стоял высокий и прямой, не дрогнув от угрозы или своей неминуемой смерти, потому что я не сомневалась, что Вайят полностью превратит его в камень.

— Он не скажет, Вайят, — сказала я. — Он не может.

Вайят вздрогнул, но не отвел взгляд от Макса.

Я попробовала ещё раз:

— Он горгулья. Его слово — это его связь. Как только он дает слово в обещание, он не может его нарушить. Что бы он ни знал, он пообещал кому-то нам не рассказывать.

Все молчали, никто не двигался. Ярость Вайята на Макса бурлила прямо на поверхности, но Макс реагировал только в соответствии со своей природой. За этот единственный недостаток я не могла позволить ему умереть. В моей прежней жизни он был верным другом и за это заслуживал пощады. Я обошла Вайята, преграждая ему путь к Максу.

Наши глаза встретились в горячем сиянии солнечной сферы. Оранжевый свет отражался во взгляде Вайята, освещая черные глубины, которые я так хорошо знала. В этом свете проглядывало что-то ещё, что-то более зловещее — глубоко укоренившееся желание отомстить любой ценой. Ненависть к определенным Падшим проецировалась на всех без причины или направления. Пот выступил на его лбу, и появилась кровь в носу — верные признаки физического ущерба от его дара.

— Не убивай его, — попросила я. — Пожалуйста.

Вайят сжал кулак. Солнечный шар пропал,остаточное тепло исчезло через долю секунды. Оранжевый свет остался в его глазах на короткое мгновение, мерцая, как живое пламя, прежде чем погаснуть.