Книга Как обмануть смерть, страница 39 – Келли Мединг

— Боже нас упаси, переживать о ком-нибудь еще, кроме триад.

Она разозлилась, сжала руки в кулаки. — Послушай, Стоун, не знаю, как вся эта история с реинкарнацией повлияла на твои суждения, но держи себя в руках. Всё, что происходит в данный момент, в той или иной степени затрагивает тебя, но мне нужно, чтобы ты сосредоточилась на деле. А не на человеке, который еще три дня назад не был частью твоей жизни и теперь уже не является. Он не имеет значения. Твое дело не ждет, и никто другой не сможет выполнить его, кроме тебя.

Мне хотелось не обращать на её слова внимания, забыть их, но они не исчезали, впитываясь и обретая совершенныйсмысл. Я ненавидела мысль, что никто другой не может сделать мою работу, но она права. Я обещала Финеасу, дала обещание Руфусу и не могла позволить себе подвести их обоих.

Соскользнула с кушетки без малейшего колебания, не заботясь о том, что одежда, в которую недавно переоделась, окровавлена и испачкана. Оказавшись нос к носу с миниатюрной Кисмет, я возвышалась над куратором на несколько дюймов.

Она не отступила, не вздрогнула, просто посмотрела прямо на меня и сказала: — Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно за то, что я сказала, если это поможет. Иногда гнев — лучшее топливо, которое у нас есть.

— Ты получила этот совет в печенье с предсказанием судьбы? — спросила я.

— Нет, от Вайята, давным-давно, когда он готовил меня к роли куратора.

Я моргнула. Раньше не особого задумывалась об обучении кураторов и хотя знала, что Вайят здесь с момента официального образования триад, мысль о том что он обучал Кисмет казалась… ну, странной.

— Ты должна убрать все лишнее в сторону, — добавила она.

— Поверь, если бы речь шла только обо мне, у меня бы не возникло проблем с разделением всего этого, пока кризис не пройдет. К сожалению, во мне много от Чалис, отголоски её личности внутри моей гребаной головы, так что это сложно, я не могу просто закрыть дверь. Если могла, так бы и сделала, потому что стала бы действовать намного эффективней, не тратя половину своего времени на беспокойство о Вайяте и скорби по Алексу.

— Это нелегко, когда ты кого-то любишь.

Это заявление заставило меня отступить на несколько шагов назад, в разделяющем нас пространстве витали дискомфорт и понимание. — Чалис любила его. Я едва знала Алекса, — проговорила я.

— Я имела в виду Вайята.

Заставила себя промолчать. Вряд ли это так очевидно. Кураторы не должны привязываться к своим охотникам, поскольку их работа — постоянно приказывать нам попадать в смертельные ситуации. Охотники внутри триад часто сближались, хотя нас и предупреждали не делать этого. Романтическая любовь не запрещена (насколько я знала), но если она и существовала между охотниками, то об этом просто не говорили.

И я не собирался вести этот разговор с Джиной Кисмет. За последние несколько часов мы обменялись большим количеством слов, чем когда-либо за последние четыре года, даже в тех редких случаях,когда наши триады пересекались. Она всегда казалась соблюдающей правила, осмотрительной и — когда не имела прямого дела с собственными охотниками — холодной. Что, черт возьми, она знала о моих отношениях с Вайятом?

— Нет, — сделала вид, что не поняла о чем речь, — это не просто, делить свой мозг с призраком. Вот что и правда и нелегко.