Книга Обратная сторона смерти, страница 141 – Келли Мединг

— Да, — ответил он. — Я чувствую бунт против правил. Против порядка. Объятияхаоса.

Объятия хаоса — полная противоположность Вайяту Трумэну во всех отношениях.

— Именно поэтому приказали уничтожить волков-оборотней? — спросила я. — Их независимая природа означала, что они никогда не подчинятся правилам Ассамблеи. И они создавали хаос везде, куда бы ни пошли. Поэтому было приказано казнить их?

— Да, — сказал Фин. — Были спасены тысячи человеческих жизней.

— Потому что убили всех волков, — сказал Вайят.

— Да.

— Мой народ.

— Ты больше человек, чем волк, Вайят Трумэн, — возразил Фин. — У тебя есть человеческая женщина, которая тебя очень любит. Не позволяй волку в тебе прогнать ее.

А затем раздалось рычание, которого я надеялась избежать.

— Думал, ты обрадуешься, если я приму волка, — ответил Вайят.

— Почему?

— Ты хочешь ее.

Я бы посмеялась над абсурдностью его логики, если бы не думала, что это разозлит его еще больше. Он и вправду ревновал меня к Фину. Мой гнев вырвался наружу.

— Ты мудак, — выпалила я.

Вайят молча моргнул, ошеломленный моим выпадом

— После всего, через что мы прошли, — продолжила я. — Четыре года в триадах, потеря Джесси и Эша, мое воскрешение… После Олсмилла, Колла и Тэкери, после того, как нас дважды взорвали — хотя нет, трижды… После того, что мы сделали в той хижине, объединив наши способности, и после того, как я призналась тебе в любви… Ты засранец!

Может, дело было в моем тоне, может, в коротком путешествии по дорожке воспоминаний, но выражение лица Вайята смягчилось. Проблески черного мерцали за серебром в его глазах, а его длинные клыки совсем немного уменьшились. Его человечность проглядывала наружу, а я еще даже не закончила кричать.

— Ты действительно думаешь, что твоя смерть заставит меня броситься в объятия Фина в поисках утешения? Ты думаешь, его главный план — увидеть меня полностью разбитой после твоей смерти, чтобы он мог быть рядом и собрать осколки? Ты так мало веришь в нас обоих? Пошел ты!

Застонав, Вайят зажмурился и отвернулся, закрыв лицо руками. Я хотела придвинуться ближе и обнять его, попытаться утешить, но что-то удерживало меня на месте. Я позволила ему справиться с бурей эмоций, чтобы он мог сразиться с волком. Чтобы его человеческая сторона, та сторона, которую я любила и хотела вернуть, смогла подняться на поверхность.

Мы молча ждали,пока он дрожал. Наконец, он затих, если не считать его тяжелого дыхания.

Вайят поднял голову, убрав руки от лица. Клыки вернулись в нормальное состояние, хотя колотые раны на губе остались. Его глаза снова стали почти черными, со слабым серебристым ободком вокруг внешней стороны радужки, как постоянное напоминание о его новой двойственной природе. Он моргнул, оглядываясь по сторонам, одновременно с любопытством и огорчением.

Потом провел языком по зубам.

— Я все равно вижу все по-другому.

— Ну, твои глаза не совсем нормальные, — сказала я. — Как там волк?

— Пока подавлен. Мне так жаль, Эви.

— Ты прощен. Я просто рада, что крик вывел тебя из бешенства, вместо того чтобы усугубить его.

— Ты вряд ли могла ухудшить ситуацию, — сказал Фин. — Если мне не изменяет память, волки-оборотни были матриархальным обществом. Стаи возглавляли альфа-самки и ее избранник. Если волк Вайята поймет, что Эви — его пара, он инстинктивно подчинится ей.