Онлайн книга «Крапива. Мертвые земли»
|
Влас не умирал. Измученный, искалеченный, опозоренный. Снова и снова хлебал он бесчестье. Столько, что и проглотить был не в силах. Не иначе судьба глумилась над ним, проверяя, сколько еще надобно добавить княжичу, чтобы тот переломился. А с ним рядом сидела упрямая лекарка. Та, что отгоняла от него Тень, залечивала раны, отпаивала зельями. О, как же он ненавидел эту девку! Ее наивные синие глаза и неумелую улыбку, кожу, гладкую как шелк… Конечно, она влюбится в шляха. Пригожий мальчишка, что поклоняется женщине наравне с Рожаницей. Поющий, что не прикоснется к ней против воли, ничего об удовольствиях не знающий и потому не жаждущий их. Влас был таким же когда-то. До того, как впервые возжелал близости. То была чернавка матери, дородная девица чуть старше самого Власа. Он не мог выкинуть из мыслей ее крутых бедер и груди: подглядел, наученный дядькой, когда та пошла в баню. Влас был глуп. Он пел ей песни, как Шатай Крапиве. А потом увидал, как один из дружников отца нагнул ее посреди кухни. А после кинул монетку, и чернавка быстро спрятала ее за пояс. Дубрава Несмеяныч знатно расхохотался, когда белый как полотно Влас явился к нему и потребовал научить, как победить соперника в поединке. – Ради бабы, говоришь? – Дядька подкрутил усы и, тяжко вздохнув, сел. – Дай-ка я тебе кое-что расскажу о бабах… Совет, данный Дубравой, долго выручал княжича. Печатный пряник али драгоценные сережки – ключ к сердцу самой неприступной красавицы. Вот вроде и робеет, стоит позвать ее на сеновал, а надень на запястье наруч с каменьями – и сама задирает юбку. Чернавка стоила всего-то серебруху. Влас тогда швырнул монету на пол и приказал: – Раздевайся. Девка, не моргнув и глазом, подобрала денежку и скинула понёву. – Дальше раздевайся. Дождавшись, пока на ней не останется ни лоскутка ткани, Влас велел: – А теперь становись на четвереньки. Чернавка выполнила и это. Еще и поторопила: – Княжич, у меня там, не ровен час, тесто перебродит. Давай уже к делу! Прикасаться к ней Влас не стал. Побрезговал. Но одному чернавка все ж его научила: любую бабу можно купить. Надобно лишь предложить хорошую цену. Когда-то давно Тур так купил его мать – закидал золотом, ввелв княжий терем. Много после Влас и сам покупал так любовь. Но пришел срок, когда платить стало нечем. Нынче у Власа не осталось ничего. Да и имелось ли когда? Может, он всегда был так же беден, как сейчас, умирая посреди степи, просто этого не замечал? Теперь не то что женщину или друга, глоток воды купить не за что. Только просить, как побитая собачонка… – Воды… – прохрипел Влас, и конь замедлил ход. – Очнулся! – Крапива полезла за бурдюком. Шлях же плюнул на две стороны: – Да сдохнэшь ты или нэт?! – Только… – Влас и на коне пока удержаться не мог, зато бранные слова сами легли на язык. – Ты… первый… Ему помогли умоститься в седле. Приходилось неуклюже хвататься за переднюю луку и лошадиную гриву, но, сидя верхом, Влас ощутил, что Тень снова отступила, не польстившись на его молитву. Лишь в Мертвых землях княжич узнал, как вкусна бывает вода. Лекарка прислонила горлышко к его губам, бережно придерживая голову. Прохладные пальцы касались колючей щетины на подбородке, задевали шрам, ими же и оставленный, но приносили не боль, как когда Влас пытался взять Крапиву силой, а облегчение. |