Книга Этикет для Сусликов, страница 78 – Наталья Екимова

Репортер одной из самых кусачих бульварных газетенок, сидевший на дубовом суку, сделал несколько снимков. Правда, кому строила глазки новоиспеченная госпожа Ланская, он так и не увидел. Мужчина, видимо зная об его присутствии, держался так, чтобы не попасть в кадр. Впрочем, Гарик славился тем, что терпения у него было столько, что он с любого торжества элиты приносил ворох горяченького компромата, за который участники фотосессий нередко отстегивали солидные суммы. Лишь бы не засветиться на первой полосе «Эхо искуса». Закрыть газетенку никак не смог даже Морс. Так как среди совета её директоров оказались чересчур уж важные в их мире шишки, избравшие для себя нелегкую стезю журналистики.

Новобрачная снова улыбнулась кому-то, кого он не видел, и принялась величественно спускаться по крутой лестнице. Потом раздался какой-то шорох, следомгромкое «Крак!». Кокетка, на чём-то поскользнувшись, покатилась вниз с всё возрастающей скоростью. По дороге подол платья зацепился за выступ одного из безвкусных украшений, которые она расставила по всему особняку. Раздался треск ткани, и в свете неяркого светильника дамочка предстала перед невольным зрителем с новомодной камерой, которая была в состоянии делать цветные снимки даже в почти полной темноте, в криво сидящем нижнем белье и чулках на ажурной резинке, по которым бежали кокетливые стрелки.

Кто её поймал внизу, Гарику не было видно, но через мгновение воздух сотряс оглушительный вопль ужаса. Лилия помчалась прочь, сломя голову. От стены отделилось несколько серых теней, которые погнали верещащую от ужаса добычу прочь так, чтобы она не столкнулась с мечущимися по дому в поисках ведьмы Эребусом и Всеволодом. Сама же Иветта от души смеялась над злоключениями троицы в обществе Нокс, Гекаты и Талеи. Пока фурии разыгрывали последние ноты в этом трагифарсе она попивала грейпфрутовый сок с несколькими кубиками льда.

Новоиспеченный муж и его оппонент встретились в бальной зале, стукнувшись лбами с такой силой, что отлетели в разные стороны и приложились затылком об пол. Эребусу, конечно, ничего не было, а Всеволод всего лишь на пару минут потерял сознание. Толстый ковер, который украшал пол в зоне отдыха, смягчил удар настолько, что никаких серьезных последствий тот не принес.

Велел охранникам отыскать наглого драчуна и выставить вон. После чего Ланской отправился на поиски собственной жены. До рассвета оставалось совсем недолго. Гадкая Ветка снова куда-то слиняла, а спать один он не привык. «За неимением лучшего, вполне сойдет и Лилька!» — обреченно подумал он, не зная, что репортер заснял все подробности столкновения в бальной зале Тарановых. У Гарика давно был зуб на оба семейства. Поэтому он решил, что не даст им и полшанса избежать скандала и выставит всех на посмешище, даже не задумываясь.

Вот чего не ожидал увидеть Всеволод, так это мирно лежащую в глубоком обмороке в их постели жену. Она слабо дышала, что говорило, что Лили была жива. Хотя восковая бледность и несколько заострившиеся черты лица до икоты перепугали графского сынка. Папаша этой язвы всё ещё не выполнил свою часть договора. Поэтому подобный поворот событий никак не вписывалсяв его изящную схему.

Пожав плечами, мужчина прилёг рядом и забылся тяжёлым сном, полным мрачных кошмаров и упрекающей его Иветты. Правда в чём, ему так и не удалось разобрать.