Книга Восьмая наложница, страница 162 – Юлия Буланова

— Я — не ребёнок! — возмущённо заявил Джин.

— Лис, ты не должен брать на себя ответственность за воспитание двух, давай откровенно, чужих тебе детей. Ты их имена узнал лишь вчера. Вы до этого встречались всего пару раз. Ты не можешь и не должен их любить. Потому что вы толком не знакомы. Давай, мы начнём с простого. Вы будете вместе обедать раз в четыре дня. Это же несложно? Будете разговаривать, весело проводитьвремя. А в середине лета вы сможете ненадолго отправиться к морю. Ты научишь их плавать. Со временем вы накопите множество счастливых воспоминаний. Из них родится привязанность. Только не торопись. Если заставлять себя любить или заботиться, ничего хорошего не выйдет. Ты должен хотеть быть рядом.

Сын подошёл ко мне, опустился на колени и положил голову мне на колени. Я провела пальцами по его волосам и подумала о том, что многие считают, что старшие дети обязаны заботиться о младших, обязаны их любить, тратить своё время, жертвовать своими интересами.

Они оказываются что-то должны. А взрослые, как безжалостные коллекторы эти долги выбивают.

Родители часто поступают достаточно подло. Они подходят к старшему ребенку и спрашивают: а ты хочешь братика или сестрёнку? При этом они рисуют нереалистично-счастливую картину. Обещают, что маленький будет милым, добрым, замечательным. Что это лучше любой игрушки. Что они вместе будут играть и дружить.

Никто не объяснял, что младший ребенок — это много проблем, отсутствие личного пространства, свободного времени, испорченные вещи, усталость и боль.

Не знаю, может у кого-то было иначе. Но меня младшие часто били, кусали, щипали. Потому что я не давала им бить посуду, ломать мебель, рвать мои учебники и засовывать пальцы в розетку. Мне же бить их в ответ было нельзя. По той же причине. Потому что они маленькие.

Какая может быть любовь между детьми, если их отношения изначально стоят на обмане, разочаровании и раздражении? Возможно, если бы отец не пил, а мама занималась детьми и не скидывала на меня бесчисленные обязанности, которые оказались для меня непосильными, всё могло быть иначе.

У меня не получалось любить. И это было ужасно. Есть такой стереотип, что любовь к маленьким у старших проявляться обязана. А если не проявляется, то значит, со старшим что-то не так. Что он или она какие-то плохие, злые, эгоистичные. Или, что их мало били. Но если хорошо отлупить, то любовь забьёт фонтаном. Так мой дедушка по отцовской линии считал. К слову, эта теория подтверждения на получила.

Своему сыну я подобного жизненного опыта не желаю. Хватит того, что он у меня есть. Лучше, помогу ему построить нормальные взаимоотношенияотношения с братом и сестрой, основанные на приятных воспоминаниях, общих интересах и уважении.

В дверь постучали и мы услышали голос Линшена:

— Пора. Для суда все готово.

Сын легко поднялся с колен и протянул ладонь, помогая подняться мне. А потом мы прошли в тронный зал, заполненный людьми.

— Я призвал вас, — произнёс Джиндзиро громким хорошо поставленным голосом. — Чтобы пролить свет справедливости на темные деяния женщин, удостоенных высочайшей чести — стать наложницами моего отца покойного Императора Исао. Я вынесу приговор. Мой дядя принц Анинара Киан будет предъявлять обвинение. Императрица, как женщина, чьё милосердие и смирение известны всем, будет защищать обвиняемых. Привести вдовствующую наложницу Сян.