Книга Восьмая наложница, страница 16 – Юлия Буланова

Наивная душа.

Даже я понимаю, что это невозможно, просто, по определению. Так не бывает. Тот, кто считает себя Сыном Неба, не станет ценить человеческие жизни. Ведь ему с детства внушали то, что он выше остальных.

Это, кстати, проблема. Ребёнка придётся воспитывать самой, всячески ограждая от льстецов и подхалимов. Мамки-няньки будут у меня пелёнки стирать, но к малышу я особ, не необременённых идеями гуманизма, и близко не подпущу.

Ну, и что, что мне всего шестнадцать? Справлюсь.

Нет, в моём родном мире я бы в таком возрасте рожать не стала. Там бы младенец уничтожил даже малейшую надежду вырваться из нищеты, унижений и побоев. Да, и зачем приводить в мир новую жизнь, точно зная, что это дитя будет страдать. Можно подумать, если меня отец колотил, то внука пожалеет? Или ко мне начнёт относиться хоть немного лучше?

Самой беременности я была не слишком рада. Всё-таки мне до си пор казалось, что рожать надо от того, кого ты хоть немного любишь. Ну, или, на худой конец, хотя бы видела. Моя же память не ранила даже обрывка воспоминаний о том, как выглядит отец моего будущего сына.

Да, понимаю, что Богиня вряд ли просто так стёрла воспоминания о совместно проведённой с ним ночи. Говорят, он был пьян, а я некрасива и разочаровала его. Сомневаюсь, что он был нежен в ту ночь. Однако, меня мучил внутренний диссонанс.

Но сделка — есть сделка. Жизнь за жизнь. Богиня дала мне шанс жить. Ценой этого станет рождение или, скорее, перерождениебудущего Императора.

Не знаю, смогу ли любить этого ребёнка, но ответственно относиться к воспитанию, буду. Малыш же не виноват в том, как всё сложилось.

Наставницы мне рассказывали о женских добродетелях, смысл которых сводился к тому, что я должна забить на себя и всецело отдаться служению императорской семье. Что было ожидаемо.

Об этикете. Дома у бабушки и дедушки в книжном шкафу стояло несколько томов Большой энциклопедии. Тех самых, что весили по шесть килограмм. Так вот, если записать эти их бесконечные «нельзя» и «следует», они бы заняли пару таких вот книжек. В Золотом Городе был регламентирован каждый шаг. Отчего это место всё больше ассоциировалось у меня с тюрьмой.

Но гаремы моего мира во все времена были золотыми клетками. С чего вдруг гарему в другого мира быть райским местечком?

*Значение имени Мейлин — нефритовый колокольчик, звон, которого приносит удачу. То есть Синьян, действительно, дала девушке имя, желая ей добра. Прим. автора.

**В реальных гаремах древнего Китая количество женщин могло доходить до нескольких тысяч, но некоторые наложницы могли прожить всю жизнь, так ни разу и не разделив с Императором ложе. А некоторые находились там временно. Прим. автора.

Через десять дней, когда моя голова уже лопалась от тонные условностей, которые было необходимо запомнить, меня, наконец, представили Императрице.

Не то, что ты мне этого очень хотелось. Но начальство надо знать в лицо.

Ещё бы с Императором пересечься, чтобы понимать, кого следует избегать всеми силами. Впрочем, последнее сейчас меня не слишком тревожит. Беременные наложницы не служат Господину в постели. А потом… если родится принц, а у меня родится, именно, принц, можно будет провернуть одну аферу.

Местные жительницы к этому праву прибегали крайне редко. Потому, что привыкли зубами держаться за своего венценосного кобеля, но традиция такая существует. А, значит, грех ей не воспользовался.