Книга Фая, или До тех пор, пока Вы хотите, страница 130 – Ирен Эшли

Фая открыла портрет Самили и всмотрелась в него. Чем дольше смотрела, тем становилось страшнее. Ну очень похожи! «Интересно, кто художник?», — подумала иномирянка и повернула книгу в поисках имени, но ни автора, ни художника указано не было. Может стерлись, а может изначально не вписывались, книга-то на первый взгляд очень старенькая, ветхая, до страниц даже прикасаться страшно — будто коснешься и в пыль превратишь.

Как бы не было, а Самили — другой человек. То есть дух. То есть Фаина абсолютно не чувствовала с ней никакой связи. Будто произошла огромная вселенская ошибка и вместо истинной Самили в Наатир угораздило попасть Фаину, которая удивительным образом на неё похожа — отсюда всё и перевернулось!  По крайней мере Фае было так легче думать… Магическая сила, конечно, здорово, а вот ответственность за неё — не очень.

22.3

Алва вернулась вечером, как и обещала. Первым делом забрала у госпожи книгу и сунула обратно в задний карман, а потом вспомнила про серебряный тремпель во второй руке, на который Фая как раз поглядывала с интересом с самого начала, и объяснила, вручая:

— Это платье для вас.

— Зачем?

— Исполняющий обязанности тиарнака господин Эрлеа сообщил радостную новость: Рассел фон Корнель очнулся. — Сердце Фаины замерло, а Алва продолжила: — объявлен праздник. Поэтому это платье…

Тьма с тем праздником!

— Очнулся? — переспросила иномирянка, вскочив с кровати.

Алва закивала.

— Я хочу увидеть его, — ринулась к двери, но служанка остановила, перегородив путь.

— К тиарнаку никого не впускают, госпожа. Извините.

— Он хоть знает, что я здесь?

Девочка пожала плечами.

Фаина цокнула и на высоких тонах обижено выдала:

— Рассел жив благодаря мне, это яего спасла: япошла в логово самилидионов, чтобы найти его, пока «сильные темные» маги сидели в тепле и боялись даже слово «самилидионы» произнести! После всего этого мне запрещают навестить его?

Алва выслушала, помолчала немного, в ответ процедив лишь одно:

— Простите, госпожа. У меня приказ.

— Я не буду сидеть и молча ждать! — воскликнула Фаина и, оттолкнув легонько служанку, вышла из комнаты. За ней ринулся Малыш.

«Куда? Куда?», — стояла и размышляла в коридоре Фая; решила идти в зал, где хранилась ледяная тюрьма Рассела. Если он недавно очнулся, есть вероятность, что он по-прежнему там.

«Будут еще решать, когда могу увидеть Рассела, а когда нет! Аритаанийцы мне не указ! Буду сильно смеяться, если сейчас скажут тиарнаку, мол они спасли его, а не… я. Ох, будет обидно! Пусть только попробуют — сразу стану их самым страшным кошмаром с синими волосами и заморожу!», — мысленно ругалась Фая, пока шла.

— Куда-а-а? — грубо спросил охранник.

Кстати, Фаина его узнала. Тот самый, который на неё набросился. Да-да! Точно он.

— Отойди, — злобно, но тихо попросила девушка, а Малыш следом устрашающе зарычал.

— Иди в свою комнату, Самили.

«Надо же… Самили, значит?».

— Я не ясно выразился?! — изогнул бровь.

Малыш зарычал ещё сильнее, чуть с хрипом.

«Будет тебе Самили!».

Фаина спорить не стала. Вместо этого подняла руки, совместив крепко ладони. Даже она не понималачто делает, оттого и маг потерял бдительность, следя с интересом за движениями травницы.  Фая не умела пользоваться силами, поэтому думала обо всем подряд: о холоде, о льде, о высасывании сил, о тех преступниках, просто о Святых землях, о снеге и о буре.