Онлайн книга «Чудесный сад жены-попаданки»
|
«Что происходит? Я ведь и не пила, считай!» Футляр выпал из ослабевших пальцев, а следом и я чуть было не опустилась на траву. — Вам следует больше отдыхать. Твёрдая горячая рука поддержала меня под локоть, от проникновенных интонаций по коже побежали мурашки. И всё-таки я воспротивилась: — Отпустите! Я дойду сама! Однако это прозвучало так вяло, что, естественно, никто и не подумал слушаться. — Всё хорошо, моя дорогая. Я помогу. Меня приобняли за талию и бережно, как в танце, повлекли к тёмной громаде замка. Надо было сопротивляться, но силы куда-то делись. От близости бросало то в жар, то в холод, глаза закрывались, нос щекотал тонкий приятный запах мужского парфюма. Ноги всё настойчивее отказывались идти, и в какой-то момент меня попросту подхватили на руки. — Ч-что в-вы… — Не волнуйтесь, Мэриан. Я донесу вас, как самое драгоценное из сокровищ. «Нет, стой! Да что же это такое?! Надо, надо высвободиться!» Однако слабость, проклятая слабость не позволяла даже сдвинуть голову, чтобы не упираться носом в шею нёсшему меня мужчине. Чтобы не вдыхать его аромат. Не чувствовать тепла. Не ощущать биение чужого пульса под кожей. «Ох, а если мы кого-нибудь встретим?» Хотя что такого-то? Муж несёт жену на руках — разве это не естественно? «Нет! Я не хочу!» — Я не хочу. — Моя дорогая, верьте мне. Я вас не обижу. Гулкий холл. Лестница. В глазах мутилось, отчего светильники на стенах походили на золотистые шарики. Двери — одна, вторая. И наконец, жар чужого тела сменила прохлада простыней. Я завозилась, пытаясь привстать, и, как ни странно, мне помогли это сделать. — Вы позволите? — Вкрадчивые интонации, будто со мной разговаривал царивший в спальне полумрак. — П-позволю? Язык всё так же заплетался, но, когда под чужими ловкими прикосновениями начали расстёгиваться крючки платья, это не помешало мне возмутиться: — Ч-что вы делаеть-те?! — Всего лишь помогаю вам снять платье, — кротко ответила темнота. — Спать в одежде не очень удобно. — Уходи… Чужие ладони нежно скользнули по обнажённым плечам, вынудив осечься. Огладили спину, мягко приспустили лиф, освобождая грудь. — П-прекрати… — Всё хорошо, моя радость. Из причёски исчезли шпильки, и освобождённые волосы рассыпались по спине и плечам. Меня уложили обратно на подушки, и я почувствовала, как с ног исчезли туфли. А затем и платье каким-то волшебным образом соскользнуло с тела, и ночная прохлада без промедления забралась под батистовую нижнюю сорочку. — Вот и всё, моя дорогая. Надо мной нависла непроницаемая тень, и чужой жар опалил кожу даже без прикосновения. Твёрдые пальцы очертили щёку и подбородок, небрежно мазнули по полыхавшим губам. — Мне оставить вас? «Да! Тысячу раз да!» Но чужие пальцы уже спустились на грудь, игриво сжали, и все слова умерли у меня в горле. — Или всё-таки остаться? Никогда прежде я не чувствовала так остро. Близкое тепло чужого тела, вибрирующие обертоны глубокого голоса, нежные прикосновения, заставлявшие трепетать несмотря на ткань сорочки. Ощущения забивали беззвучный вопль рассудка, гасили попытки сопротивления. А чужие руки спускались всё ниже и ниже… — Так что вы ответите, моя дорогая? Обжигающее прикосновение к бедру— и сорочка мягко поползла вверх. — Мне остаться? Дурманящий выдох прямо в губы. Осторожно раздвинутые колени. Полузабытое сладкое ощущение внизу живота. |