Книга Тайна северного особняка, страница 96 – Милада Гиенко

— А что такое день Скорби? — вдруг вспомнила я подслушанный разговор.

— День памяти о принцессе, — удивленно ответила Илия. — Годовщина гибели второй дочери короля.

— Она была огненной эсперой, — грустно добавила Сью, забирая у подруги подушку и пристраивая ее на место. — Король с королевой долго скрывали это, боясь навлечь на нее неприятности. Знали только приближенные, и лишь после смерти бедного ребёнка о ее силе стало известно народу.

— Как она погибла? — с замиранием сердца уточнила я.

— Сгорела. Такое часто происходит с огненными в последнее время. Ее сгубиласобственная сила. Нашли только ее обгоревшее платье и волосы под скалой, по ним колдуны и опознали.

Я задумчиво замолчала, а Сью махнула мне рукой, призывая отправляться дальше по делам.

Уборка была закончена поздним вечером. Сегодня господам приносили ужин в комнаты, чтоб не накрывать в столовой, где уже все было подготовлено ко встрече господ. Я несла свежие полотенца, чтоб оставить их в гостевой уборной, когда из-за поворота вышел герцог. Мы одновременно замерли, смотря друг на друга. Спохватившись, я поклонилась, и вдруг испугалась, что он просто пройдёт мимо, но эспер не двинулся с места даже когда я выровнялась.

— Подготовка закончена? — спросил мужчина, хотя мог узнать это у Сью. Я лишь кивнула, прижимая к себе полотенца, и украдкой оглянулась. Коридор был пуст.

Мужчина шагнул ко мне ближе, поднял руку и упер ее в стену над моим плечом, а сам склонил голову, заглядывая мне в глаза:

— В прошлый раз ты сказала мне «нет»?

Я едва не задохнулась от осознания того, что он воспринял мое слово как отказ.

— Я не хотела чтоб видение исчезало.

Рэйзельд в один миг словно расслабился, улыбнулся и скользнул глазами по моим губам. Его зрачки вновь расширились, а я сглотнула, чувствуя как по спине пробегают приятные мурашки.

— Нельзя долго находиться там неподготовленному человеку.

— Тогда, возможно, мне нужно чаще практиковаться?

Менталист вновь посмотрел мне в глаза и я едва удержалась от того, чтоб не податься вперёд, в его объятия. Останавливало лишь обидное осознание, что он абсолютно ничего не почувствует.

— Арэли…

— Рэй, уже поздно просить меня передумать.

— Ты не понимаешь…

— Не понимаю, — согласилась я. — И не помню. Ни того откуда у меня шрамы, ни того что ты совершил. Но я знаю, что чувствую к тебе сейчас.

Он прикрыл глаза и я все же подалась вперёд, оказавшись совсем близко к его лицу.

— Хочу чтоб ты меня почувствовал.

Несколько минут мужчина смотрел мне в глаза, а потом произнес заклинание с тихим отчаянием. Одно знакомое слово: «Рондат».

Я упала в его объятия, вдыхая аромат мужчины, которого совершенно необоснованно уже считала своим. Он прижал меня к себе, обнимая так, словно держал в руках самую большую ценность. Мне показалось, что он желал обнять меня целиком, боясь, что видение растает в любоймомент. Я прильнула к его сильному телу, пытаясь раствориться в объятиях. Вспомнив о времени, вскинула голову и поднялась на носочки, коснувшись его губ в нежном поцелуе. Рэйзельд дотронулся до моей щеки ладонью, заглядывая в глаза, погладил большим пальцем скулу, и поцеловал уже сам. От нежности его прикосновений по моему телу прокатилась теплая волна, спустившись в живот и сосредоточившись там приятной тяжестью. В это же мгновение я почувствовала как напряглась плоть Рэйзельда, и это неожиданно наполнило мысли ликованием. Руки эспера требовательно вжали меня в него, будто сейчас я была самым необходимым.