Книга Ведьмы пленных не берут, страница 75 – Наталья Маслова

Он повернулся, чтобы уйти, но бросил через плечо:

— Интересно, сколько ваших новых «привязанностей» потребуется принести в жертву, прежде чем вы это поймёте.

После чего молча растворился в сгущающейся темноте, оставив после себя тишину, которая теперь казалась громче любого грома. Я стояла, сжимая кулаки, чувствуя, как ярость и… отвратительное, колющее сомнение борются во мне.

Ратиэль подошёл и молча положил руку мне на плечо. Не для утешения. Для напоминания, что я не одна.

— Он ошибается, — тихо сказал бард. — Это не «мелкая игра». То, что мы делаем, связывая себя друг с другом… это не слабость. Это единственное, что делает всю эту бесконечную магию, интриги и борьбу… осмысленной. Только за это и стоит бороться. Даже с самой природой распада.

Я взглянула на него, потом на Маладора, который смотрел на нас с немой надеждой, в которой уже не было былого отчаяния.

'Чёртов эльф. Надоедливый, ненавистный… и, как всегда, убийственно правый, — с раздражением подумала я.

— Азначит, Нейрас — ошибался'.

Это было лучшей новостью за весь этот долгий, изматывающий день.

— Ладно, — выдохнула я. — Хватит философствовать. У нас есть пароль от заклятья, план Элариона и разгневанный алхимик, которого нужно завербовать в двойные агенты. Пора идти в «Весёлого гнома». Я слышала, у них там эль крепчает от злости. Как раз то, что мне нужно.

Не ожидая ответа, я пошла прочь от Чёрного Камня, чувствуя, как они без возражений следуют за мной. Наша странная, но уже неразрывная троица: призрак, бард и ведьма, собиралась обыграть принца, некроманта и всего скучного, предсказуемого мира, который так отчаянно нуждался в хорошей встряске.

Таверна «Весёлый гном» оказалась именно таким местом, где название было самой честной вещью на свете. Она не пыталась быть уютной, милой или стильной. Она была по-гномьи шумной и весьма задиристой. Грохот кружек, хриплый смех, перебранка за карточным столом и убойный коктейль ароматов. В воздухе сконцентрировались запах прокисшего эля, жареного жира, пота и мокрой шерсти. Идеальное место, чтобы потеряться, если ты этого хочешь. Или найти того, кто очень не хочет быть найденным.

Мы с Ратиэлем протиснулись меж столиков, вызывая короткие, оценивающие взгляды. Я в своём серебристо-сером платье, которое при тусклом свете факелов казалось просто дорогим, а не зачарованным от всех бед и неудач, и он в своём неизменном тёмном камзоле выглядели как знатные чудаки, решившие «испытать атмосферу». Мне тут же мысленно присвоили статус «богатая дурочка с телохранителем». Что ж, пусть думают, что хотят. По большому счёту мне наплевать.

— Уголок у дальней стены, под лестницей, — сказала я, пробираясь к заветной нише. — Там нас не услышат, но будет видно весь зал.

Ратиэль кивнул, его взгляд скользнул по сборищу гномов-горняков, парочке подозрительных типов в капюшонах и шумной компании лесорубов. Он не выглядел расслабленным.

Мы заказали кувшин того самого «крепкого от злости» эля (пах он, на мой взгляд, просто старыми носками) и жареную дичь с горными кореньями. Еда в таких местах лучшая маскировка. Никто не будет подслушивать тех, кто с аппетитом уплетает бараний окорок и наливается пойлом сомнительного качества до бровей.

Вейлан явился ровно через полчаса. Он вошёл, озираясь, как мышь в кошачьей лавке, и направился к нашему столику, стараясь не привлекать внимания. У него получилось плохо. Его дорогой, но теперь помятый плащ, и нервная походка выдавали в нём чужого.