Книга Оставь меня позади, страница 4 – К. М. Моронова

Он повернулся ко мне лицом и дьявольски ухмыльнулся моему комментарию.

— То же самое, на самом деле. Я много путешествую по работе, поэтому привык к длительным перелетам.

Я кивнула, решив не упоминать, что мне это тоже знакомо.

Он воспринял мою паузу как нежелание отвечать, поэтому пробормотал: — Эрен.

— А? — Я снова посмотрела на него,и он снова мягко улыбнулся.

— Меня зовут Эрен.

— О. Приятно познакомиться, Эрен. Меня зовут Нелли. — Я назвала свое прозвище вместо своего полного имени. Неловко протянула ему руку. Люди все еще пожимают руки? Я-то привыкла отдавать честь. Здесь, на гражданке, все кажется сюрреалистичным.

Не то чтобы у меня было время привыкнуть к обычной жизни. Я показала миру свое истинное лицо, когда осиротела в пятнадцать лет. Именно тогда подпольная военная организация впервые наложила на меня руки. С тех пор прошло десять лет.

Вот так я и оказалась среди элитных машин для убийств. Темные силы забирают таких, как я, тех, кто совершил что-то ужасное, и используют нас, а не бросают в тюрьму. На бумаге нас не существует, а те, кого мы знали, давно нас забыли.

Я всего лишь оружие. Бешеная собака, бегущая от неминуемого смертельного конца.

Это, возможно, самая темная тайна правительства, изнанка спецназа, выполняющая всю грязную работу, об которую они не хотят пачкать свои руки. Борьба с терроризмом, иностранные боевые действия, рейды на черном рынке оружия. Нас посылают, чтобы остановить все это, и мы не получаем ни капли признания.

В общем, если все обобщить, то мы — отряды самоубийц. Генералы хотят только убедиться, что мы выполняем миссии. На нас им насрать.

Эрен принял мою руку и слегка пожал ее. — Это чувство взаимно, — сказал он.

Он откинулся на спинку кресла, пристально меня изучая. Его взгляд был таким пронзительным, что я не могла отвести глаз. Обычно я избегаю зрительного контакта, но с ним мне не хотелось этого делать.

— Хорошие татуировки на шее, — произнес он с легкой улыбкой.

Моя рука потянулась к шее. — Спасибо, было ужасно больно, когда их делали.

— Не сомневаюсь, но выглядят они отлично. Тебя кто-нибудь ждет в Калифорнии? — смело спрашивает он.

Я покачала головой. Я уверена, он видит румянец на моих щеках. — Нет, просто работа. Там нет никого особенного.

Или где-либо еще.

Эрен приподнял бровь и наклонил голову. — Ты слишком красива, чтобы быть без кого-то особенного.

Мужчина, сидящий позади нас, пнул мою спинку кресла, и я моргнула, как идиотка, от его слов.

Он думает, что я красивая? Будучи в армии, единственные комментарии, которые я получаю от мужчин, это: «классная задница», «я бы тебя трахнул», «нравятсядлинные темные волосы, за которые можно ухватиться», и «твои губы созданы для сосания члена».

Но потом появился Дженкинс, и, хотя он ни разу не сказал мне, что я красивая, он определенно дал мне это понять своими украденными взглядами и пьянящими поцелуями.

Но когда я думаю о сержанте Дженкинсе, я вспоминаю только кровь, которой он был залит в ту последнюю ночь. Увидев его таким, каким я его видела в Патагонии, мне трудно вспоминать его красивые светлые волосы и редкую улыбку, которую он дарил только мне.

Я отгоняю воспоминания, которые жгут мою память.

— А что насчет тебя? — спросила я. Я уверена, что у Эрена есть семья или, по крайней мере, жена. Я бросила взгляд на его руку, когда подумала об этом. Кольца нет.