Книга Мой первый встречный: случайная жена зельевара, страница 29 – Лариса Петровичева

— Кассиан говорил, что общая вакцинация от оспы скрывает настройки распознающих чар, — сказала я. — А Кайла была привита?

Оливия вздохнула.

— В том-то и дело, что нет. Ее отец был из отрицателей.

Отрицатели считали, что прививаться от болезней нельзя — надо принимать волю Господа, какой бы она ни была. Понятно, что в глухих деревнях люди были темные, но Робсон был образованным человеком, библиотекарем.

— Получается, кто-то до сих пор ищет лунных лис? — предположила я. — Несмотря на новые открытия в магии, в науке… И нашел Кайлу?

Оливия только рукой махнула.

— Я вас умоляю. Открытия это прекрасно, но никакие сверхсовременные зелья не заменят живую кровь лунной лисы. Например, когда надо избавиться от какого-нибудь жуткого недуга… правда, Кассиан?

Вздрогнув, я обернулась и увидела, что Кассиан стоит в дверях — вошел бесшумно, слушал наш разговор.

— Намекаешь на мою болезнь, Оливия? — небрежно осведомился он.

Улыбка Оливии сделалась такой соблазнительной, что посрамила бы любые приворотные зелья.

— Ну что ты, мой милый, как я могу? Я искренне сочувствую тебе, Троллийская болезнь разрушительна. Пойдешь на все, лишь бы только не каменеть по ночам, правда?

* * *

Некоторое время Кассиан стоял молча, глядя на Оливию. Прозвенел звонок на первую пару, кто-то из студентов заглянул было в лабораторию, но больше никто не отважился встревать в наш разговор.

— Кровь лунной лисы не избавляет отТроллийского недуга, — снисходительно произнес Кассиан. — И никогда не избавляла. Если бы ты училась в академии, а не просто покупала зачеты и экзамены, то знала бы об этом.

Оливия вопросительно подняла левую бровь.

— Третий курс, углубленная история мировой магии, — Кассиан говорил холодно, выглядел спокойным, но я чувствовала, какая буря в нем клокочет.

Потому что это, честно говоря, был серьезный мотив. Я вспомнила изогнувшееся тело, глаза, наполненные мукой, нестерпимое страдание, которое скручивало Кассиана в объятиях — да, ты сделаешь все, чтобы избавиться от этого.

Но я смотрела на Кассиана и знала, что он никогда бы так не поступил. Человек, который взял в жены незнакомку, чтобы спасти ее, мужчина, который сражался за мою честь, никогда, ни при каких обстоятельствах не убил бы Кайлу. Не таков он был, Кассиан Торнфилд.

— Но даже если бы кровь лунной лисы могла мне помочь, я не пошел бы на убийство, — заметил Кассиан, словно подтверждая мою мысль. — И ты это прекрасно знаешь. Так что искать тебе придется в другом месте. К тому же, у меня есть алиби. Аликан регистрировал мою жену в списке проживающих, я был в это время с ней. Потом поднялся в свою комнату, потом мы все одновременно вышли в коридор.

Оливия усмехнулась. Глаза были холодными, взгляд — тяжелым. Она еще не раз попробует прицепиться к Кассиану и обвинить его: просто так, из любви к искусству.

— Хорошо! — она прошла к выходу, толкнула дверь. — Работайте, не буду вам мешать.

Студенты начали занимать места за столами, Кассиан велел мне подготовить дюжину пустых пробирок для особо опасных зелий и снял крышку с котла. По лаборатории поползло розоватое сияние, озарившее тусклое осеннее утро. Пахло цветущей сиренью, свежей, увлажненной росой; я прошла к шкафу, стараясь не смотреть в сторону Кассиана, делая вид, что все идет, как надо.