Книга Дрянь с историей, страница 63 – Дарья Кузнецова

– Имеете в виду, смогу ли я справитьсяс потусторонней тварью, если она вырвется из-под контроля? – уточнил Серафим. – Лучше пусть будет аспирант.

Васнецов со вздохом кивнул.

– Хорошо, будем считать, вопрос решён. Я подумаю, кого можно привлечь. К сожалению, Ложкин прав, свободных преподавателей под этот курс у нас сейчас нет, будем работать с тем, что имеем.

Ева наблюдала за этим разговором с лёгкой растерянностью, потому что в способностях Дрянина не сомневалась, он наверняка мог куда больше, чем говорил. Но выдавать его не стала, а начальник удовлетворился разговором и сразу отпустил подчинённых. Серафим поднялся первым, открыл дверь, вежливо пропустил Еву вперёд.

– Составишь компанию за обедом? – предложила она.

– С удовольствием, – кивнул мужчина и предложил руку.

Поколебавшись недолго, она подцепила спутника под локоть. Стоило посмотреть правде в глаза: долго скрывать их своеобразные отношения вряд ли получится. Не потому, что это невозможно, а потому, что никто из них не старается это делать, и гораздо разумнее для сохранения приличной репутации поддерживать видимость нормального романа, а не открещиваться от него, но красться через чужое общежитие под покровом ночи.

– Почему твой облик хранится в таком секрете? – спросила Ева, пока они шли к столовой. – Переродцы часто используют маски, когда живут в обществе, но не такие и не для того.

– Не люблю лишнее внимание.

Но спокойно обсудить серьёзные темы не получилось, вокруг стало слишком много ушей: они нагнали остальных преподавателей, следовавших тем же курсом. Но и без этого нашлось о чём поговорить: о работе. Раз уж предстояло работать совместно, было естественно всё согласовать и подготовиться.

Еву даже немного успокаивало то, что компанию ей составит именно Серафим. Вроде бы опыта преподавания у него не больше, чем у неё самой, но он изучал непоколебимую уверенность, и рядом с ним даже при желании не получалось себя накрутить.

– Сеф, с тобой всё нормально? – прервала Ева разговор, с подозрением уставившись на сидящего напротив собеседника.

– О чём ты? – Он первым делом бросил взгляд на пальцы, державшие ложку, но те оставались человеческими.

– Ты только что поперчил компот и засыпал в суп сахар. И начал спокойно есть, – пояснила она с прежним недоумением.

– А, это, – поморщился он. – Машинально.

Перемешал тщательнее и продолжил есть с прежнейневозмутимостью, игнорируя и странность блюда, и вытянувшееся лицо Евы.

– Сеф, как ты это ешь? – озабоченно протянула она. – Мне смотреть больно.

– Я не чувствую вкусов и запахов, – нехотя сознался он, поморщившись.

– Совсем? – изумилась она.

– Совсем.

– Но как же… Это опасно!

– Мой организм переваривает почти любую органику и невосприимчив к ядам, включая газы, – пояснил он ещё более неохотно.

Других аргументов у Евы не нашлось, но остаток обеда она поглядывала на Дрянина насторожённо, а после – сочувственно. Конечно, невосприимчивость к отраве – очень полезное свойство, но ведь вкусы и запахи бывают приятными! Свежий кофе, выпечка, вкусное мясо, лимонный торт, ягоды с куста… Выходило, что всех этих маленьких удовольствий Серафим лишён напрочь, и это вдобавок к неудобной маскировке, которую зачем-то носил.

– А остальные чувства? – спросила она, не спеша потягивая чёрный сладкий чай.