Книга Дрянь с историей, страница 18 – Дарья Кузнецова

Калинина бы предположила, что он сам пиявка, если женщины после близости с ним чувствовали себя плохо, но он перечислил иные симптомы – не упадок сил, а похмелье, то есть почти отравление. Да и жизненную энергию он из неё не тянул, вряд ли два паразита, встретившись, могли взаимно подпитаться к общему удовольствию.

И ещё эти его оговорки… Покойник, конечно! Для трупа он слишком бодрый и деятельный, но почему-то же он так сказал!

Ева хорошо разбиралась в потусторонних тварях и потому имела представление о народном фольклоре, с которым оказались тесно связаны вызванные Волной изменения, но ничего путного не вспоминалось. Упыри и их разнообразное подобие? Если только, но Ева не представляла себе, как это возможно. Ничего подобного она до сих пор не встречала не только сама, но даже упоминаний нигде не было! Переродцы – всегда живые существа. Сказочные птицы и звери, водяные и лешие, мавки и кикиморы – все они, даже если поверья считали их восставшими покойниками, оказывались вполне живыми существами, просто другого вида.

В этом смысле Дрянин походил на всех остальных. Тёплый, у него билось сердце, он дышал, и уже хотя бы только этим совсем не походил на покойника. Наверное, это было какое-то иносказание и цепляться за слово не стоило, но не уцепиться не получалось, слишком уж прочувствованно вышло. И вот это странное «сдохну окончательно», и четырёхногая тварь непонятной природы… Мурка! Чем надо думать, чтобы вот это нечто назвать кошачьей кличкой?!

Оставалась ещё версия, что он иностранец, перебравшийся сюда достаточно давно, чтобы окончательно ассимилироваться, а в других странах и у других народов переродцы были свои, в зависимости от местного фольклора, и там-то могло найтись вовсе что угодно. Но на иностранца он совсем не походил.

Вдруг сообразив, какого персонажа напоминает адмирал, Ева сначала нервно хихикнула, а потом захохотала в голос. Может, так выходило нервное напряжение или переизбыток силы, но она поняла, чтопри первой же встрече обязательно у него спросит. И если из этого не получится мести, то она хотя бы посмеётся над выражением его лица. Или узнает правду, если случайно угадает.

Рыжая девка оказалась пиявкой. Неожиданно, но… предсказуемо. Серафим перевидал их за жизнь столько, что давно уже перестал считать, – твари буквально слетались к нему, как мухи на полежавшую кучу. То есть и хотелось бы сказать про мёд, но эта присказка всегда вызывала у него вопросы, потому что мёд обычно привлекал ос, а вот мух – совсем иная субстанция.

Поначалу он не понимал, что происходит, и не умел распознавать паразитов среди обычных людей, потом сообразил, потом помогал их ловить, а потом просто начал носить с собой на всякий случай несколько артефактов-кандалов, отрубающих тварям каналы питания. Когда была такая возможность – сдавал куда следовало, когда не было – так и оставлял, они сами быстро дохли от истощения.

Пиявками по принципу подобия называли один из видов бестелесных тварей с Той Стороны. Они просачивались, занимали тело какого-нибудь бедолаги, быстро выжирали его самого, а потом брались за окружающих. По мелочи постоянно тянули жизненные силы из всех, кто находился рядом, но для существования этого не хватало, поэтому вскоре они все начинали убивать. После секса с такой вот заразой жертва умирала во сне от остановки сердца, и не так-то легко было впоследствии установить, что на самом деле её просто сожрали.