Книга Дрянь с историей, страница 125 – Дарья Кузнецова

– Привет! Не возражаешь?

– Добрый вечер! Садись, конечно, рад твоей компании, – улыбнулся он. – Как студенты?

– Хорошие студенты, – улыбнулась Ева в ответ.

Некоторое время они разбавляли ужин неторопливым разговором о группах и кураторстве, работе в ГГОУ и условиях проживания – обычная болтовня. Яков закончил раньше, но уходить не спешил, а Ева как раз добралась до десерта, когда собеседник вдруг запнулся на полуслове и зашарил по карманам.

– Что случилось?

– А? Нет, ничего такого. Витамины пью, совсем из головы вылетело! А у меня уже и чай кончился… – Он наконец достал небольшой стеклянный пузырёк с коричневыми капсулами внутри.

– Могу поделиться. – Ева кивнула на свой стакан.

– Спасибо, но я не ем цитрусы, – пояснил он и привычным жестом смущённо потёр пальцем скулу.

– Аллергия?

– Что-то вроде, у меня от них ужасно опухают пальцы. Пойду попрошу стакан воды. – Он быстро переставил на свой поднос пустые тарелки собеседницы и отправился к стойке раздачи.

А Ева проводила его растерянным взглядом, не веря самой себе.

Она наконец поняла, почему его любимый жест каждый раз так цеплял внимание. Теперь ей было с чем идти к Дрянину. Осталось только дотерпеть до конца ужина и ничем не выдать волнения, но в этом у неё имелся немалый опыт.

* * *

К большой удаче Серафима, хозяйственная часть университета содержалась в образцовом порядке. Видимо, она компенсировала собой все вопросы к части воспитательной и некоторым другим. Почти все документы за нужный период оказались скопированы в вычку и тщательно систематизированы, поэтому вся бумажная работа, на которую Дрянин щедро отпустил себе вечер и пару следующих дней, заняла от силы час. И хотя жизнь это облегчило, но незначительно: за искомый период в ведомостях прошло полсотни машинок,многие из которых меняли хозяев, другие – не имели хозяев вовсе и просто висели на балансе университета. А главное, почти все они были уже списаны и заменены новыми технологиями.

«Живых» машинок осталось пять, причём три из них – в бухгалтерии. Стоило бы связаться с Ланге и затребовать экспертизу шрифта со списком возможных «подозреваемых» с точностью до модели (вряд ли такую задачу ставили перед специалистами), дождаться её результатов и сильно сократить перечень. Но для этого требовалось выйти за территорию и подождать до завтра, что Дрянин непременно сделает позже, а бухгалтерия – по дороге, совсем рядом, в этом же коридоре.

Так что первым делом Сеф завернул в царство цифр, где в итоге махом вычеркнул не три, а полтора десятка с учётом родственных моделей. Не сразу, конечно, пришлось повозиться. Единственная рабочая и используемая машинка нашлась у Ираиды Александровны, и она даже нехотя отдала набранный на ней черновик. Тут не требовалось обладать памятью Ивашова и подключать лабораторию: невооружённым глазом было видно, что шрифт разительно отличался. И начертание букв, и разрежение, и шаг между строчками. При этом модель оказалась достаточно популярна и помогла отсеять солидную часть списка.

Ещё один аппарат стоял в чехле на полке и за давностью лет пересох, так что клавишами клацал бойко, но пример строчки получить не удалось. Осмотрев машинку, Сеф склонился к тому, что она тоже не похожа на нужную, но на глаз, по профилю литер, утверждать это с уверенностью было трудно, поэтому образец оказался под знаком вопроса.