Книга Искры Феникса. Том 1. Презренное пламя, страница 51 – Анна Вада

— А ваш драг большой?

Ферр, не оборачиваясь, пошёл к выходу из купальни.

— Только истинные геррианцы имеют связь с драгами. Я, как видишь, таковым не являюсь.

— А как ваша раса называется? — Феррад подошел к двери с табло. — И как эти штуки открываются? — я ткнула пальцем в светящиеся символы, вызвав негодующий взгляд красноглазого.

— Ты не понимаешь, что здесь написано?

— Нет. Закорючки, не более.

— Видимо, твои травмы оказались серьезнее, чем мы думали. — Он ткнул в верхнюю строку списка и начал зачитывать, опускаясь вниз. — Открыть, закрыть, заблокировать, вызов. — Он нажал на «открыть», приложил ладонь к дисплею, и дверь бесшумно отъехала.

— Моя раса называется Зуг.

«Зуг» — звучало не так уж страшно. Разглядывая широченныйхолл, по которому мы шли, я улыбнулась мыслям.

— Знаете, вы мне кое-кого напоминаете. На моей родине есть легенды о существах, пьющих кровь...

— Не удивительно. Прошло всего лет четыреста. До открытия Уфиры* Терра* была нашим пастбищем. Сейчас она, конечно, тоже наша. Но учитывая, что террианцы* обладают интеллектом, а уфи* неразумны и их кровь не уступает по качеству вашей, добывать ресурсы с Терры* стало нецелесообразно. Мы отказались от вашей расы. Но если вдруг что-то случится с Уфирой, у нас забронирован второй вариант.

Я сначала подумала, что он шутит. Потом поняла — нет. Бррр... вампир. Фу, какая гадость. Вспомнила все сериалы, фильмы, рассказы и сделала вывод: рубиновые глазки Феррада совсем не могут принадлежать вегетарианцу. Представила, как он из хрустального бокала потягивает кровь в компании таких же красноглазых аристократов. В моих глазах вампиризм окончательно и бесповоротно перестал быть романтичным.

— Это Имперский Сераль*.

Мы вышли в атриум, вырезанный в высоченной скале. Бесчисленные лестницы, отполированные временем до зеркального блеска, переплетались, соединяя этажи. Пространство размером со стадион заливал естественный свет, льюшийся с открытого небосвода. Чистая лазурь неба казалась еще ярче на фоне ослепительно-белой породы. Высокие своды грота были тщательно обработаны, а колонны на ярусах балконов выстраивались в идеальную линию, демонстрируя безупречный порядок и сдержанность.

Двенадцать этажей, каждый минимум по пять метров. Это место дышало мощью. Оно кричало: «Посмотри, на что мы способны!». Я чувствовала себя муравьем, смотрящим на небо со дна высохшего колодца.

На балконах-ярусах виднелись обитательницы сераля. Снизу некоторые жительницы казались тонкими, подвижными палочками. Лишь геррианцы в черной форме нарушали белизну дворца, как чернильные кляксы на чистом пергаменте.

Память при упоминании слова «сераль» услужливо подсказала, что это нечто вроде гарема. Но зачем здесь столько женщин? Предположения конечно были. Или геррианский император обладает недюжинной мужской силой, или у этого места есть иное предназначение, о котором я не знаю.

Мы спускались по центральной лестнице, на которую можно было выйти с любого этажа. Ферр вел меня, не обращая внимания на встречающихся. Мужчинам-зугам он кивал, женщинже настойчиво игнорировал, хотя я замечала какими взглядами они провожают красноглазого.

— Ферр, куда мы идем? — После долгого лежания мои ноги быстро устали даже от такой нагрузки. Еще сказывалась высота высоких ступеней, не предназначенных для моих коротких ножек. Интересно, сколько инопланетянок свернуло здесь шеи? Не представляю, как они так ловко передвигаются по гладкому камню в туфлях.