Книга Искры Феникса. Том 1. Презренное пламя, страница 38 – Анна Вада

Находясь в заточении, я пыталась делать духовные практики: «Досчитайте до десяти, глубоко вдохните…» Чушь! От учащённого пульса пламя разгорелось ещё сильнее.

Мне понадобилось немало времени, чтобы я наконец ощутила, как пламя разливается по телу. Я училась направлять огонь по огненным линиям к кончикам пальцев. Лёжа в пылающем коконе, я сфокусировала энергию в руке. Сначала пламя сошло лишь до локтя. Но с каждой новой попыткой — а я… проклятье! Вновь и вновь возвращалась к тренировкам, едва приходя в сознание, — контроль над огнём рос. Пламя понемногу начинало меня слушаться.

В итоге я перекидывала огонек с пальца на палец. Иногда, взмахнув рукой, закручивала пламя в микро-смерчи, пуская их по своему телу. Мои распущенные волосы, к счастью, оказались жаропрочными и не сгорали в огне, который всё ещё отказывался полностью угаснуть.

Я как раз горящими пальцами распутывала спутанные пряди, когда три отчётливых стука по капсуле заставили меня вздрогнуть.

— Эрра, ты меня слышишь? — в моей голове прозвучал низкий мужской голос.

— Да, слышу! — вздохнула я с облегчением. — Элементаль,это ты? Помоги остановить это! Я не знаю, как это прекратить!

— Э-э-э… очень жаль, Эрра, но я не э-э-лементаль, — голос в моей голове запнулся на незнакомом слове. — Я всего лишь верный слуга императорского дома. Ты можешь звать меня господин Феррад Анвар.

«Какой гордец», — мелькнуло у меня, и я тут же поймала себя на том, что незнакомец шуршит ворохом макулатуры, перебирая мысли в моей голове.

— Что ж, все мы не без греха, — усмехнулся в ответ господин Феррад.

— Как тебя зовут, Эрра? У тебя есть имя?

— А это имеет значение? — фыркнула я. — Я ведь помру в этом саркофаге. Вы меня отсюда не выпустите.

Я показушно сложила руки на груди, словно он мог меня видеть.

— Занятно. Ты начинаешь с конца, пропуская все причинно-следственные связи. Такой подход… ликвидируем. Если продолжишь в том же духе, разумеется. Мы ведь себе не враги, — его голос звучал в моей голове абсолютно ровно, не обременяя сказанное эмоциями.

В собственной голове я не могла определить, на каком языке он говорит. Раньше я хоть по мимике и звукам понимала, что язык не человеческий. А сейчас слова Феррада звучали на чистейшем русском, будто он родился и вырос там, где и я.

Его речь, тембр странным образом влияли на меня. Я ощутила особое предчувствие и перекатывала его в мозгу, пытаясь понять, в каких обстоятельствах ощущение возникало раньше.

Это было не дежавю. Это было похоже на ту самую дурацкую пилюлю, которую ты когда-то с трудом проглотил. И вот ты сидишь, вновь морщишься от знакомой, противной царапины, и с досадой вспоминаешь: да, в прошлый раз эта мелкая пакость вела себя точно так же. И я пыталась разгадать в чем подвох.

— Похоже, в твоей ситуации всё имеет значение. Откуда ты? — В его голосе появилось нескрываемое, почти искреннее любопытство.

Видимо, мои неконтролируемые мысли лишь подогревали интерес.

— Как ты оказалась на Шанаре? Что случилось после твоей покупки? И да, как я могу тебя звать? Согласись, проще общаться с тем, кого знаешь по имени. — Его слова ложились поверх моих мыслей, создавая в голове разноголосицу.

— Стоп! Ты должен замолчать! — от его натиска виски пронзило острой болью. — Давай говорить по очереди!