Книга Марионетка Чёрного колдуна, страница 59 – Любовь Песцова

«Не задерживайся».

Надпись, появившаяся следом, как будто угадала мое нежелание идти туда. Тем более ночью. Тем более в компании с колдуном, который точит на меня зуб.

Впрочем, выбора у меня, как обычно, не было.

Схватив свечу, я почти побежала, боясь оступиться на лестнице. Но опаздывать было бы очень опрометчиво, а я и так потратила около минуты на глупую рефлексию.

Шаттенхард стоял почти у входа, ожидая меня. Его фигура на фоне книжных стеллажей, уходящих под потолок, даже не выгляделатакой огромной. Но все равно подавляла.

— Простите меня, Владыка. Я виновата перед вами.

Жизнь научила меня тому, что если вовремя признать свою вину, даже если ее нет, можно избежать множества проблем. Я всегда так поступала в спорах с мамой. Обида жгла только первые несколько десятков раз. Потом я привыкла молча проглатывать все ее обвинения и признавать свою неправоту в любых вопросах.

А здесь, надо признать, вина была. Реальная. Не выдуманная мамой. Так что мой навык в извинениях должен был пригодиться.

— Ты просишь прощения, но тебе не стыдно.

Голос прогремел словно отовсюду, отдаваясь вибрацией даже в моем теле. Он был лишен эмоций и интонаций.

— Как думаешь, что мне стоит с тобой сделать за это?

Я так и не поняла, что он имел в виду — мои нелегальные визиты в библиотеку или отсутствие чувства вины. Но оба пункта его явно не радовали.

— Возможно, мне нужно оправдать все сказки, которые обо мне рассказывают в твоей стране. Выпить твою жизнь. Или оставить тебя наедине с твоей Тенью.

— Не нужно, — прошептала я, вспоминая злобный оскал и пугающе-пустые глаза.

— Не нужно? Это ведь всего лишь твое отражение, Лисэль Керн. Ты знаешь, что если попробовать призвать Тень к праведному и безгрешному человеку, он ее даже не увидит.

Я этого не знала. Но вряд ли стоило говорить об этом.

— Тень, это живое воплощение пороков, Лисэль Керн. Было интересно посмотреть на твои.

— Простите, — проблеяла я.

Собственно, я бы сказала все что угодно, лишь бы не видеть снова Тень. Неважно, что это. Демон. Проклятие. Отражение моих пороков. Еще одна встреча с кайрингом пугала меня не так сильно, как всего один взгляд в мое «отражение».

Наверное, это должно было натолкнуть меня на какие-то философские мысли о том, что я потенциальная убийца сотен людей и достойна такого пугающего лица. Но не натолкнуло.

— Уже лучше. Но тебе не мешало бы потренироваться, прежде чем просить прощения в третий раз.

И снова лишенный любых интонаций голос не дал понять, шутит колдун или всерьез хочет услышать большую отдачу с моей стороны.

— У тебя будет возможность загладить вину, Лисэль Керн.

— Я сделаю все, что прикажет мне Владыка.

Мои слова по-прежнему отдавали дешевой театральщиной. В них не верила ни я, ни Шаттенхард. Но сейчас он не стал заострятьвнимание на моей плохой актерской игре.

— Раз ты так любишь книги, я нашел тебе занятие по душе.

Кажется, впервые за весь разговор в его голосе промелькнула эмоция. Улыбка. И она меня совсем не радовала.

— Приготовься.

Короткая вспышка, несколько секунд дезориентации и примерно минута головокружения, которое показалось подозрительно знакомым.

После этих незабываемых ощущений я проморгалась, обнаружив себя и Шаттенхарда в лесу у подножья водопада.

Холод, понимающийся от воды, сразу же пробрал до костей. Но хотя бы было относительно светло.