Книга Марионетка Чёрного колдуна, страница 56 – Любовь Песцова

Было страшно, что колдун ворвется именно в тот момент, когда я расшифровываю фактически украденные страны из его книг.

К тому же я собиралась заняться более неотложными делами. Где-то в замке Леон все еще пытался оправиться от ранений, и мне стоило, как минимум, проведать его.

Спустившись на кухню, я приготовила чай с бутербродами. Задумалась. Убрала бутерброды и заменила их на печенье с мармеладом. Добавила еще бисквит с джемом и решила, что так он точно останется доволен.

А потом поняла, что не знаю, где находится его комната. Я не представляла даже в каком крыле он живет.

Вроде бы я провела в этом замке больше месяца, но так и не познакомилась с обстановкой.

Пришлось выйти на улицу и обойти замок по кругу. Было уже достаточно темно, чтобы понимать, в каких комнатах горит свет. И на этот раз малочисленность жителей замка сыграла мне на руку.

Помимо некоторых тусклых отблесков из коридоров, освещались две комнаты. Одна горела колдовским фиолетовым светом, как глаза Шаттенхарда. Наверное, это и были покои колдуна.

Вторая находилась почти рядом. Только не на самом верху башни, а на третьем этаже того крыла.

Решив, что хуже не будет, даже если я наткнусь на колдуна — все равно вымаливать у него прощение, а так за чай с печеньем мне может быть зачтется, — я отправилась к цели.

Уже в замкея поняла, что инженер из меня не очень — понять, где именно находится та комната, свет в которой я видела снаружи, оказалось не так-то просто, когда находишься внутри замка.

Если бы не полоска света, пробивающаяся из-под двери, наверное, мне пришлось бы и вовсе оставить свою идею.

Замерев на секунду и поудобнее перехватив поднос с подношением, я на всякий случай приготовилась падать ниц, после чего постучала.

Немедленной реакции не последовало. Переминаться с ноги на ногу возле двери пришлось не достаточно долго. Я уже начала думать, что мне попросту не откроют.

Но как раз когда я уже собралась уходить, дверь распахнулась, а на пороге возник Леон с влажными как после ванны волосами и не застегнутой рубашкой, открывающий свежие рубцы.

— Ну надо же. А кто это снова нарушает правила? Ты ведь знаешь, что в эту башню тебе заходить нельзя?

Он прислонился плечом к косяку двери и насмешливо взирал на меня. Первым порывом было отвернуться. Но я заставила себя смотреть ему в глаза.

Вторым порывом было фыркнуть и вылить на него чай, который я так старательно заваривала. Специально именно так, как он больше всего любит.

— Формально это еще не башня, — пробурчала я.

— Тебе бы в суде работать.

— Не знала, что они здесь есть.

— Туше, — улыбнулся Леон. — Суд у нас один, причем бессменный — в черном капюшоне и с фиолетовыми глазами. Ты недавно имела возможность наблюдать за судебным процессом в действии.

— Не напоминай, — поморщилась я и поспешила перевести тему. — Как ты себя чувствуешь?

— Я бы сказал, что замечательно, но боюсь тогда ты перестанешь носить мне завтрак в постель, а мне бы хотелось сделать это традицией.

— Сейчас время ужина.

— Без разницы. Кстати, спасибо.

Он забрал поднос у меня из рук, по пути умудрившись почти неуловимым движением закинуть одно печенье в рот, после чего блаженно зажмурился.

— Заходи, — кивнул он, освобождая проход.

— Не стоит. Я зашла только о твоем самочувствии справиться. Я не хотела…