Книга Имя моё - любовь, страница 90 – Марьяна Брай

Когда Марты не было, мы усаживались с прялками на крыльце. Дети возились у порога, доползая иногда до самой границы леса. Хозяйка сама лично проверила территорию, чтобы дети не съели какую-то только ей известную траву, и, дав разрешение, советовала не переживать, что они наедятся свежей травы.

Нита послушала ее, но мне не очень нравилось это разрешение.Я, как обитатель совсем другого времени, первое время бегала, чтобы забрать из кулачка то уже хорошо измусоленную ветку, то цветочки. Со временем «яжемать» внутри поутихла, а дети, понявшие, что нам больше не интересен их подножный корм, тоже потеряли к нему интерес. За то заинтересовали их заборы, вдоль которых можно было сделать немалое количество шагов. Ровно до того момента, пока кто-то из нас не отцепит очередного победителя и не перенесет в начало.

В один из таких дней я заметила, что они активно общаются между собой небольшими отрывками звуков и, по всей видимости, уже понимают друг друга. Мне вспомнилась одна из радиопередач о детях, выросших без общения со взрослыми. На секунду я испугалась, что, общаясь только между собой, они вырастут как Маугли!

И тогда я решила, что нужно начинать рассказывать сказки. Сидя на улице за вязанием, пока кормили наших крошек, и вечером перед сном я рассказывала сказки. Нита с Мартой слушали меня, разинув рот. Спустя еще неделю я поняла, что они с нетерпением ждут продолжения историй, которые мне пришлось выдумывать самой или вспоминать перечитанные на дурацких форумах.

Середина лета ознаменовалась первыми нормальными звуками, произнесенными детьми. Все эти «гуси-гуси га-га-га» и прочее они пытались повторить уже осмысленно и осознанно. У меня не было книжки с картинками, но была природа, были куры и коза, была рыба, которую пару раз в неделю привозил Алиф, у нас были его деревянные игрушки.

— Алиф, надо сделать еще кое-что, — обратилась я к нашему помощнику, пришедшему в гости в очередной раз.

— Говорите: чего. Если смогу, с радостью буду делать, — ответил отзывчивый парнишка, и я, как могла, подробно описала ему кольца разного размера, кубики, башенку.

Алифа после этого не было ровно неделю. Когда я уже запереживала, он приехал не только с рыбой, но и с подарками.

Кольца он сделал из разной толщины веток и молодых стволов, вырезав из спилов сердцевину. Кубиков было штук семь, но он пообещал сделать еще, сколько нужно, потому что делать их проще всего. Когда он уезжал, то держал в голове новый заказ: треугольники, шарики с плоским основанием и еще кучу всего, из чего можно складывать высокие башни. Парень не на шутку загорелся этим и рассказал, что кто-то увидел, как он делает непонятные никому штуковины.А когда ответил, что это для детей, пришлось делать и детям в замке.

За лето мы с Нитой пару раз были на рынке. Теперь мы все могли унести на себе, поскольку рынок был в паре часов пешей дороги. Детей было с кем оставить, а вдвоем было безопасно. Марта не задавала лишних вопросов, а мы, обойдя лес, повязывали платки, как это делают здесь женщины постарше, поверх завязывали еще один и опускали концы по спине, чем походили на монашек или просто пеших нищих, коих проходило через деревню немало.

Лица пачкали, выбирали одежду поизношенней. А потом и вовсе нашли у Марты в сарае мешок старья, которое приходилось уносить из дома и хранить в лесу, где и переодевались, о чем она даже не знала. В лесу же, как прежде, спрятали деньги.