Книга Имя моё - любовь, страница 67 – Марьяна Брай

— Нита… я не знаю, что подумать. Это очень дорогая вещица, — ответила я, пряча глаза. Мне было неудобно за это подозрение, которое она узнала в моем взгляде даже без слов.

— Не думай. Я еще ни разу не солгала тебе. И не собираюсь, потому что сейчас и правда вижу, что без тебя не смогла бы ничего сделать. Я не планировала делиться, и нам с Эби на первое время хватило бы этого… Но сейчас, когда ты собралась одна, а нам здесь придется рисковать и бояться за тебя… Прости, что скрывала.

Когда Нита опустила глаза, мне стало еще стыднее.

Нита вызвалась идти в город сама. Во-первых, это мои родственники могут нагрянуть, а Нита может спасовать и открыть. Во-вторых, это не мое богатство. И ей самой лучше распорядиться им. Ведь мои планы могли совсем не сбыться, и тогда я была бы виноватой. Единственное, что я попросила для себя, это мешок шерсти. Выйдя за город, его можно было тащить по траве. Хоть он не такой и легкий, как кажется, нести на плечах его все же много тяжелее.

Нита решила не показывать весь медальон целиком. Она открыла его, ножом подцепила пару зеленых камней, которые играли роль листьев. Осторожно положила их на ткань, свернула узелком, а потомдлинный конец узла привязала к своему лифу и спрятала узелок в нем.

Она пообещала привести козу, а пока села сцедить молоко, чтобы хоть какое-то время у меня было чем кормить детей. Сладкая водичка, которую мы готовили из сухого меда, найденного на дне одного из горшков, очень выручала, когда молока не хватало. Но и дно горшка уже начинало виднеться. А это значило, что его хватит на одну ночь, не больше.

— Будь осторожна, Нита. Прошу, сдай камни сразу, не ищи место выгоднее, иначе за тобой кто-нибудь увяжется, — учила девушку, но та только хмыкала, отчего мне казалось, что она видит меня насквозь.

— Либи, ты знаешь, где лежит медальон. Мало ли что… я уверена, что ты не бросишь Эби.

— Не брошу! — уверенно ответила я, понимая: говорить в этом случае, что она преувеличивает опасность, как минимум глупо. Опасность здесь была во всем. Ее представляли даже родственники, а не то, что люди с улицы!

Нита вернулась через два дня. На второй день я себе уже места не находила. Да и дети, недоедая, постоянно просыпались, хныкали. Если утром их устраивала соска из тряпки с завязанными внутри кашей и кроличьим мясом, то вечером они требовали положенное им молоко.

Я выходила на улицу и всматривалась в одну точку — место, где Нита должна была появиться из-за горы. Надеясь, что это высокие травы скрывают ее, я стояла так иногда минут по сорок, пока дома кто-то не начинал хныкать. Отвлекала себя уборкой, готовкой и воровством фасоли. Да, я считала, что я ее ворую, потому что не сажала сама.

И под вечер, уложив кое-как детей и понимая уже, что это ненадолго, снова вышла на улицу. Когда уже солнце село, мне показалось, что вижу что-то. Протерла глаза, присмотрелась и увидела Ниту. Счастью моему не было предела. В голове друг за другом уже пронеслись все варианты, в которых она в конце концов, лежала в придорожной канаве.

Я бежала навстречу, оглядываясь на дом, и обещала себе, что не побегу дальше того места, где не видна будет дверь в него.

Нита, завидев меня, тоже прибавила шагу. Но усталость не давала ей идти быстрее.

— Я уже думала, как идти и искать тебя, Нита, — я обняла подругу и чуть было не выдернула из ее рук веревку, на которой та вела козу.