Онлайн книга «Фракталы потерянных душ»
|
Небесный Страж появился, пешком выйдя из спальни, и с удовольствием расправил крылья. В зале ему это удавалось, так как помещение для сна оказалось грифо-потаму маловатым для этих занятий. Пернатый полудемон принялся ухаживать за перьями, и посматривать на присутствующих, заодно и борясь с желанием поиграть в догонялки с Алимом. — Вот ведь, а? Тут всё серьёзно, а ему лишь-бы поиграться, — пробубнил я, направляясь одеваться. Дознание вести в одних толькоподштанниках с нательной рубашкой, одетых на босо тело, это не комильфо. Посему, я быстренько привёл себя в надлежащий вид и вышел из дверей спаленки. Тут уже всё готово к допросу. Глаза пленников выпучены, а на лицах читается страх и ужас, так как грифончик смотрит на них с кулинарным интересом к запоздалому завтраку. Птица-лев скалится, оголяя несколько рядов клыкастых акульих зубов, как их я для себя называю. Саблезубая пасть доисторической акулы вполне подходит для описания его рта. Хоть я их, этих акул доисторических, и не видел никогда. Но большее внимание мой воспитанник уделяет здоровяку Барри, припасшему для грифончика лакомство. Когда они вдвоём подружились — я не имею понятия, однако, у Бармалея в руке я наблюдаю развёрнутый узелочек со вчерашним фаршем. Этим я решил и воспользоваться, как средством давления на допрашиваемых. — Барри, дружище, — я улыбнулся здоровяку. — Ну не трави демона, отдай ему ногу позавчерашнего господина, который говорить не захотел, — я указал на свёрток с огромной костью. — Там мяса немного осталось, но хоть позабавится. Да и чует он, — я потрепал Вжика по голове, посматривая на бледнеющих господ, привязанных к стульям. — Завтрак богатый у него намечается, — завершил я, что-то типа утреннего приветствия, и подмигнул будущему «завтраку» Небесного Стража. — Это я мигом, вашство, — здоровяк понял смысл моей игры. — А, ток-ма, барин, а на кой ему старое-то, несвежее? — Барри кинул Вжику ком фарша, который влетел в пасть пернатого без задёва. — Ну пушшай, а-то, дык, и не дождётся. Здоровяк прошёл к свёртку и, развернув его, показал всем кость, которую подал довольному Вжику. У страха глаза велики, что и подтвердилось обмороком одного из пленников, упавшему вместе со стулом. Второй, как оказалось, всё ещё не может говорить из-за артефакта безмолвия, висящего на его шее. Но вот выражение его лица, и глаза, с явным паническим страхом, как и активные кивки головой, ясно дали нам знать о согласии на честные ответы на любые наши вопросы. Или же, господин сам жаждет выговориться перед мучительной смертью? Без разницы. Я знаком указал на необходимость избавить горемыку от сдерживающего артефакта, что и исполнил Сивый, подключившийся к процессу дознания. — Я всё скажу вам, уважаемый господин Феликс! — сразузаорал человек, вновь обретший способность говорить. — Всё! Слушайте… — Представьтесь, а потом и вещайте всё, что побудило вас припереться ночью по мою душу, — я внёс коррективу в процедуру исповеди. — С-сэр Бартоломей, поверенный Его Сиятельства, Маркиза Авраама Роттердама, здешнего Префекта, — выпалил горемыка. — Я всё вам расскажу. Вот этот господин, — Сэр покосился на валяющегося. — Это… — Сначала я хочу услышать вашу историю, — я вновь прервал Сэра Бартоломея. — Так вот, я сопровождал своего господина, Маркиза Роттердама, соблаговолившего посетить с визитом Его Милость, Барона Вальтера Шеффилда в его городском замке, что на Средней Террасе находится. Там, знаете-ли, часто проходят великосветские балы. Этот господин, Виконт Фауст Макнамара, — он вновь покосился на лежащего, но уже приходящего в себя пленника. — Вышел из рабочего кабинета перед Маркизом. Господа, мой хозяин и барон, долгое время пробыли в кабинете, после чего я был отправлен к вам, чтобы донести общее приглашение от господ как-нибудь посетить бал, — докладчик замолк, но сразу продолжил. — Я знал ваше приблизительное место проживания в городе, посему, вот этот господин напросился ко мне в попутчики. И вот — мы тут, привязаны к стульям. |