Книга Тайна Одинокого бастиона, страница 16 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— Пока готовишься к неизбежному, запоминай то, что я сейчас скажу! — я добавил в голос звериной свирепости. — Те денежные средства, которые ты передала от моего имени на нужды армии, ты вернёшь!

— Но как? — простонала она, испытывая стыд и унижение, сверкая голым задом.

— Это не моя печалька! Нашла способ покрасоваться рядом с чужим успехом, так это не то, что твоё по праву. Вернёшь — или запись твоего шантажа прямёхонько полетит крупными тиражами во все заинтересованные инстанции, — небрежно пояснил я.

Она промолчала, лишь всхлипнула, толи от неудобства, толи из-за потери денег.

— Во всей этой истории ты только одно сделала правильно!

— Что именно? — она попыталась прикрыть наготу, потянувшись к платью.

— Руки оставь на месте! — рявкнул я. — А правильное, так это то, что ты устроила судьбу Остапия и Барри, которые будут тебе благодарны, а это они умеют!

— Князь… Я … я больше не в состоянии это выдерживать…Можно мне не стоять в таком унижении, или…

— А! Ты про голую задницу, как тебе ощущение? Я недавно такое переживал, когда ты меня шантажировала, — я шлёпнул её легонько по попке. — Ну вот, а ты боялась! — А ты, что подумала, дурёха? Х-ха! Я тебя насиловать и вправду буду! Ну ты и дура!

Пришлось развернуть её и отметить сильнейший шок, нахлынувший на девушку.

— Э-это всё? — она запоздало среагировала.

— Воспитание — да, но я мог и по-другому завершить его, и буду в своём праве, — пожал я плечами. — Я уже пострадал за то, чего не делал, тебе так не кажется? Но вот камешки памяти я придержу у себя, да и сам оригинал припрячу за самой сильной Рунной Магией. Никто не достанет…

С этими словами я взялся за ручку двери, намереваясь выйти из купе графини, и радуясь произведённым впечатлением на Потёмкину, с нужным мне эффектом.

— Про золото не забудь!

Я вышел, застав Барри и Сивого стоящими над лежащим без сознания поверенным графини.

— Уходим, — коротко бросил я новоиспечённым инспекторам.

Мы ещё раз проверили вагон на предмет свидетелей и покинули его, отправившись в родную теплушку.

В родной вагон мы возвращались уже не спеша. Везде мы успели, куда хотели и должны были успеть, а сейчас мне и поболтать хочется с господами, с Сивым и Барри, являющимися, на минуточку, двумя Независимыми Инспекторами, по линии обеспечения Армии всякой всячиной.

Разве что, Генеральному штабу подчиняющимся, или его уполномоченным представителям, находящимся с официальными проверками в войсковых частях и соединениях.

Одним словом, до жути крутые ребята получились из ватажников, в прошлом — оружейных спекулянтов средней руки.

А какие теперь мундиры носят эти двое джентльменов? У-у-у, да просто закачаешься, от осознания их значимости и веса полномочий! Причём, сразу же и безоговорочно, как только где-нибудь встретишь.

— Остапий? — я развернулся к идущим следом за мной товарищам и придержал дверь, ведущую в тамбур соседнего вагона.

Ватажник развернулся и немного смутился под действием моего восхищённого взгляда.

Сивый опустил глаза и зачем-то поправил широкий ремень под офицерской накидкой. Тут он вспомнил что-то и совсем застеснялся, поведя себя абсолютно нехарактерно.

— Баре, господин Феликс, — произнёс он виновато и вытащил из кобуры револьвер с набалдашником в виде трубки глушителя. — Я это, э-ээ… Я дичайше извиняюся, за самовольство-то, эдакое, — Остапий протянул оружие мне и полез за вторым экземпляром.