Книга Его нежеланная истинная, страница 20 – Милена Кушкина

Поглощенные обсуждением того, кому достанутся эти красавцы, мы не заметили, как юноши на площадке сменили расстановку. Они выстроились в шеренгу  и сформировали в своих руках фаерболы, которые уже через секунду полетели в нашу сторону.

– Так вот почему тут все поломано и сожжено! – воскликнула Дебора, уклоняясь от взрыва и пробираясь к спасительным зарослям.

– А предупредительные знаки могли бы поставить со всех сторон, – добавила Алиса, отскочив от растекшегося под ногами огня.

А я ничего не успела сказать, потому что вокруг меня рассыпался сноп искр, а потом стало ужасно горячо. И больно.

– Откуда вы тут взялись?! – кричал мужской голос, кажется он был в ужасе от произошедшего.

Мои спутницы что-то промямлили в ответ.

– Чей фаербол уложил эту ненормальную?! – прорычал кто-то очень грозно, кажется, он тут главный.

– Эдвина, – едва слышно сказал третий мужчина.

Все это время я лежала в полнейшей темноте, а вокруг меня кружили золотые звезды. В спину что-то больно впилось. Где-то вдалеке слышались возгласы моих соседок.

Наверное, мне должно было быть страшно. Но вместо этого я ощущала какой-то покой и расслабление, несмотря на неудобную позу. Словно это сон такой. Если бы вокруг не переругивались мужчины, то и вовсе хорошо было, а так они зудели, как назойливые мухи.

– Макей, подойди сюда! – рявкнул тот грозный.

– Профессор, я не видел, что здесь кто-то есть, – от этого голоса искры вокруг меня закружились, словно я попала в центр урагана, – все же знают, что сюда нельзя заходить. И подписывают правила поведения на территории академии. Надеюсь, она вылетит отсюда как только придет в себя!

Внутри у меня все похолодело. Вот так глупо подставиться и вылететь, не успев поступить. Я застонала от отчаяния.

– Да это глупые первокурсницы! Они только поступили сегодня. Ничего этой бестолковой не будет, – хмыкнул еще один мужчина.

Вот это обидно! Накажут, наверное, за нарушение порядков, но хоть из академии не выгонят. Хорошо бы еще перестать видеть эти искры и вернуть себе нормальное зрение.

– Она скоро очухается? – кажется, меня кто-то носком ботинка поддел.

– А вот это от Эдвина зависит, – снова подал голос главный.

Затем послышалась какая-то возня, и возле меня кто-то плюхнулся на землю.

– Макей, ты должен привести ее в чувство, – все тот же мужской голос.

– Профессор, но как? – искры снова пустились в пляс. Кажется, они реагируют на голос своего создателя.

– Возьми ее за руку.

– И поцелуй! – кто-то заржал от пошлой шутки.

Я хотела было возмутиться, но даже губ не смогла разлепить и лишь промычала что-то.

Внезапно кто-то осторожно взял мою руку. Искры заметались в панике, а затем стали взрываться фейерверками и затихать. Мое сердце бешено стучало от этого светопреставления.

Сквозь этот стук я слышала тяжелое дыхание кого-то рядом. Кажется, невидимый Эдвин былочень взволнован. А, может быть, зол.

Искры понемногу исчезали. Моя рука, стиснутая в крепких мужских ладонях, горела. Сердце постепенно успокаивалось.

Наконец, последняя вспышка разорвала мое сознание, и настала тишина и пустота. Только дыхание кого-то рядом, словно он стометровку бежал.

– Почему она не приходит в себя? – взволнованно спросил он.

Еще одна ладонь легла мне на лоб. В мою голову словно спицу воткнули. От боли меня скрутило так, что я не смогла больше спокойно лежать. Я застонала, выгнувшись в дугу.