Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 74 – Юлия Марлин

— Никак дорогу попутали? — усмехнулся грузный усач. — Заявиться в Бург, господа, было ошибкой.

Святослав резко встал со стула и встретился с троицей тяжелым взглядом непроницаемых глаз. Рогнед, Юрий и воевода выросли за спиной командира несокрушимыми столпами доблести и отваги. Воздух наполнился тяжестью горячего дыханья. Мускулы напряглись, руки замерли над рукоятями мечей.

— Видите ли, эхгеры, — тишину нарушил усач, — вам здесь не рады. Уезжали бы по добру, по здорову.

— Или что? — Глаза Святослава гневно сверкнули.

— Или вам будет плохо.

— Готов дать слово?

— Да!

Посланник Верховного Правителя смерил ледяным взглядом грузного усача, мохнатого молчуна и дерзкого голубоглазого парня:

— Давая слово, помните — его придется сдержать.

— Хоть сейчас, — выдохнули блондины.

Святослав уловил движение противника за секунду до того, как меч эдирянца выпорхнул из ножен. Блокирующим движением крепкой руки рубанул Вепрю по запястью, схватил за грудки, ударил коленом в пах, саданул по горлу ребром ладони и опрокинул на пол без чувств.

Косматый молчун и третий испуганно переглянулись.

— Э… кажется, вышли недоразумение, господа. Приятного отдыха.

Подхватив бесчувственного товарища, эдирнцы ретировались из таверны. Через миг опятьгрянула музыка. Воевода махнул разносчице:

— Неси-ка выпить!

В Эдирне традиционным хмельным напитком пиво, имевшее в княжестве статус «достояния» и насчитывало сорок сортов. В сердце страны варили лучшее пиво; там можно было отведать легкого светлого лагера, и пряного фруктового эля, крепкого дурманящего стаута, хлебая кружками, кувшинами или бочонками. Лейдцы же на дух не переносили пенное «пойло», как они его называли, предпочитая благородные вина или ароматный терпкий мед.

Святослав смахнул с костяшек пальцев чужую кровь и, сплюнув в сторону, сел на стул. Рогнед, Юрий и воевода рассмеялись.

Командир не разделил радости подчиненных. Вместо улыбки мысленно возблагодарил Североса за то, что вовремя заметил этих троих и отослал Софию за покупками. Если бы девчонка увидела, с какой легкостью и мастерством он умеет калечить людей, наверняка, окончательно и бесповоротно возненавидела бы его.

— Смотри. Красотка, — Рогнед глядел немного левее.

Святослав проигнорировал слова друга. Ему было плевать на шлюху, оценившую его воинское мастерство.

— Да, ты хоть глянь, а потом нос вороти.

Командир обернулся только после сильного толчка под ребра.

Красавица с рыжей копной, фарфоровой кожей и нарисованными бровями, в прозрачном неглиже, медленно подплыла и нежно коснулась его плеча. Потом томно прогнула спину и, прихватив губами мочку мужского уха, шепнула своё имя и цену за час.

Святослав остался серьезен. Проводив ее взглядом, процедил:

— Ночью скучать не придется.

… София с бравыми охранниками вернулась в прокуренную таверну за полночь.

— А, наконец, — грубо рявкнул воевода.

Святослав поднял голову и вскинул бровь. Изорванное княжеское платье заложница сменила на… белоснежную рубаху, черные облегающие брюки, кожаную куртку и мягкие высокие сапоги взамен испорченным. Мужской костюм для верховой езды сидел на послушнице, как влитой, выгодно подчеркивая тонкую талию, высокую грудь и стройные ноги.

— О, — Рогнед откинулся на стуле, с интересом рассматривая эффектную девичью фигуру.