Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 54 – Юлия Марлин

Западный ветер сменился южным, а когда тропа нырнула в заросли дикой сирени, затих. София не заметила, как задремала отравленная приторным ароматом коварного цветка и проснулась от неожиданной остановки.

Снаружи стоял страшный гомон: фыркали лошади, спорили мужчины, пронзительно орали дети, зло ругались женщины. Оказалось: по обе стороны от дороги темнели старые домики, а впереди возвышалась Пограничная башня.

Девушка потянулась, рассудив, что Посланника Верховного Правителя и его отряд вряд ли посмеют долго задерживать и поэтому, когда дверца неожиданно распахнулась, а перед ней вырос Святослав, удивилась.

— Княжна, прошу.

Он протянул руку и помог выбраться на воздух.

— Что случилось?

— Небольшая заминка.

У Пограничной башни толпился народ. Семьи с детьми и повозками, одиночные всадники, сборища пилигримов, кого только не было.

— Чего они ждут?

— Пропускной Грамоты, сударыня, — ответил кто-то из очереди.

— Все они едут в Лейд?

— А куда еще?

У княжны отвисла челюсть:

— Лейд наш враг!

— Вы, что за печкой жили? — В толпе рассмеялись. — С приходом к власти князя Будиша жизнь простого люда круто изменилась. Северные и западные губернии наводнили тайные агенты. У нас даже стали говорить: плюнь и попадешь в невидимку. Всех, кто симпатизирует северянам, обвиняют в измене. Порой и на месте казнят. Раз и голова с плеч.

София потрясенно прикрыла глаза. Неужели это правда?

— Арга давно не тот рай, каким слыл при правлении предков, госпожа, — вмешались в беседу другие. — Потому и бежим. Многие из нас служат в лейдских войсках по требованию Содружества. У многих на Севере появились кровники или друзья, кто-то обзавелся даже семьями.

— А как же слухи?

— Ой, сударыня, меньше верьте княжеским стихоплетам, Четыре Всадника им в печень. Мы, живущие с лейдцами бок о бок много веков, знаем — все это ложь. В Лейде нам помогают. Дают кров и работу, принимаютна военную службу. Там мы не пропадём.

— София, — окликнул Святослав.

— Идите, сударыня, — из толпы махнули. — Да пребудет с вами Светлая Заря.

— И с вами.

Она обернулась. Возница поспешно выпрягал из тройки лошадь, а Лиза бежала к нему с седельными сумками, в которые уложили вещи заложницы.

— Лиза, — колени внезапно ослабели, — что это значит?

— Хорошего пути, госпожа, — служанка поклонилась вместо ответа.

К горлу княжны подступил горький комок, в груди полыхнуло чувство обиды.

— Князь Будиш распорядился сопроводить вас только до границы, — виновато пояснила Лиза. — В Лейд я не поеду. Он не сказал?

София медленно покачала головой, чувствуя, что ее снова предали.

— Простите, — пролепетав Лиза, устроилась рядом с Игнатом и отвела голову. — Счастливого пути.

Повозка развернулась и, перемалывая колесами хрусткий лёд, медленно покатилась обратно на юг, в Ипати.

Воздух застрял поперек горла заложницы. Ее бросили в окружении лейдцев совсем одну. По щекам покатились горячие слезы. Как глупо было ждать от Будиша благородства… Очень глупо.

— Нам пора, — твердо произнёс Святослава.

София сглотнула слезы и прошептала:

— Вы тоже знали?

— Знал.

Горькая усмешка тронула девичьи губы. Слуги знали. Лейдцы знали. Одна она оставалась в неведении до последнего момента. Будиш и Николай не сказали, чтобы не пугать раньше времени? Чушь! Не сказали, потому что не посчитали нужным, ведь не видели в ней члена княжеской семьи, никогда не считали родной кровью.