Книга Замуж за врага. Его (не) любимая, страница 111 – Юлия Марлин

Демонов колдун отнял мечту.

— София, — прошипел мужчина, скрипя зубами. — Сквернавка украла мою силу и победу.

Он никогда не задумывался, почему так люто ненавидит сестру, не задавался вопросами, от чего чувствует в ней угрозу собственной власти. Лишь винил ее в смерти матери и считал это достаточным объяснением. Все оказалось намного сложнее.

Дочь Властелина Небес… Немыслимо. Нечестно.

Судьба-Пряха славно подшутила, и смертный отдал ей должное.

Он отослал сестру с северянами, даже не подумав, что она тоже являлась наследницей престола и могла иметь хоть какое-то значение.

«Ледяной» колдун заверил, что выкрадет сестрицу собственными силами, но Будиш не больно на это рассчитывал. Отосланные за отрядом невидимки вернулись, доложив, что северяне ушли за границу, — а выкрасть что-то у лейдцев без их ведома — задача воистину посильная только богам.

Ковсем неудачам добавилась еще одна: шутпропал. Покидая Ипати, князь Арги лично видел того в свите провожающих, а по возвращении гада-потешника, как не бывало. Придворные и охрана в страхе мямлили, что не видели бесцветного человека с того самого дня, как государь с братьями отъехал по делам.

— Ну, попадись мне, пёсий сын, — рычал Будиш. — Прикажу прилюдно высечь на площади. Пятьдесят плетей. Чтоб впредь знал место, идиот.

Рухнув в кресло у камина, поймал себя на том, что определенно не хватает шута. И пусть его песни не имели смысла, но действовали мощнее вина и расслабляющих благовоний. Веселить шут умел. Будь он не ладен.

… Перед рассветом подогретое вино сморило Будиша. Но едва первые лучи позолотили дворцовые стены, в тронный зал ворвался Николай.

Сон старшего князя улетучился:

— Шут?

— Ищут прохвоста, — морщась, ответил Николай. — Я по другому делу. Твоя жена негодует. Вернулся, а к ней не заглянул.

Будиш махнул рукой и потянулся:

— Навещу Марию позже. Что еще?

— Послание. Прибыло из Эдирна с Вестником. Только что, — Николай протянул клочок письма. — От «ледяного» колдуна.

Нетерпеливо сломав печать, Будиш прочел текст и глухо выругался.

— Чего там?

— Упырь не смог выкрасть сестру. Он требует нашей помощи и вмешательства. Отказ не принимается.

* * *

Русло реки повернуло, и берега, поросшие лесом, поднялись. Встречный ветер разогнал туман, и София узрела Первые Врата Стифополя, походившие на огромные скалы, заключившие реку изящной белоснежной аркой с узорной резьбой.

Дальше река сильно раздалась, а берега разбежались к горизонтам. Отовсюду возникли бело-серые домики, за ними потянулись бескрайные белокаменные причалы. По волнам сновали парусники и ладьи. При встрече с княжеской процессией они выдували громкие сигналы приветствия.

Заходящее солнце светило в глаза, и София не сразу заметила фигуры гигантов на двух берегах. То были Северос и Бер с Ваином (она легко угадала в каменных гигантах бога Севера и его сыновей). Вытесанные из обломка скалы, они предстали грозными воителями с вороном на плече, волком у ног и несокрушимым оружием в руках.

— Хвала Северосу, мы дома, — вздохнул Хорс, осеняя себя знамением.

Лейдцы чтили память о прошлом, трепетно храня наследие рода. В правящем Доме Арги похожей традицией,увы, пренебрегали, отдавая на откуп священникам и жрецам.

— Бер и Ваин, Его сыновья, — прохрипел целитель. — Наши прародители. После того, как боги Света основали здесь новую Обитель, их дети разбрелись по миру в поисках приключений и славы. Бер положил начало Дому Серебряного Волка и стал первым князем Лейда. Его брат Ваин дал род Дому Горного Оленя и сел на трон Гарриена. В жилах северян и по сей день течет кровь сыновей Североса, и малая толика божественной крови их Отца.