Книга Замуж за врага. Его (не) любимая - 2, страница 36 – Юлия Марлин

Пауза и он признал:

— Нет, ты права. Святослав был бы лучшим правителем, нежели я.

Стерев слезы, Верея хмыкнула:

— Думаешь, оба эти нападения спланировали, чтобы столкнуть нас с эдирнцами?

— Не сомневаюсь, но доказательств предъявить не могу.

Роман опустился и обнял сестру за плечи.

— Оставь политику мне. У тебя другая забота. Согласен, араввитиец не самая лучшая партия, но… Я ничего не требую, не пытаюсь давить или угрожать. Просто прошу подумать. Три месяца достаточный срок, чтобы принять решение.

— Нет, — не согласилась Верея. Она все еще злилась на брата. — Святослав бы никогда…

— Да. Никогда. Потому прошу, обещай, подумать над предложением жениха.

— Ладно, — нехотя процедила княжна.

Роман поцеловал ее в висок и вышел.

Судьба настигла его практически сразу.

Великий князь успел пройти всего несколько десятков шагов в окружении охраны, прежде, чем советник принес недобрые вести.

— Повелитель, — Алексис поклонился и протянул тугой свиток. — Сообщение от Великого князя Андрогаста.

Как только его развернули — на черном шелке блеснули две золотистые руны: «пламя» и «клинок». Эдирнцы прислали Грамоту Протеста и объявили Лейду войну.

Роман стиснул грамоту и расправил плечи. Заветы Сияния давали на раздумье не больше одного дня, и Андрогаст, наверняка, ждал решения северян с нетерпением. Отвечать следовало в двух цветах. КраснаяГрамота, отосланная врагу, значила — вызов принят; Зеленая — просьба об отсрочке с предложением встретиться на нейтральной территории и обсудить ситуацию миром.

Роман оказался меж двух огней. Дальновидный политик прекрасно понимал, что Андрогаста устроит только Красный лоскут, ибо эта война нужна Эдирну, как воздух.

Проклятье! Сейчас, как никогда, он нуждался в мудром совете и надежном плече союзника. Во всем мире был это только один человек — брат Святослав. Но успеет ли князь, умчавшийся в Белестов, вернуться в Стифополь до положенного часа и разделить бремя скорби старшего брата?

— Алексис, — обратился к советнику, — созови всех в мой рабочий кабинет.

— Да, повелитель.

Роман намеренно созвал не в Соборный Зал, потому как планировал только выслушать советы и предложения, а решение принять — когда рассветет.

До поздней ночи он слушал мнения и рекомендации приближенных. Одни предлагали не церемониться с наглым соседом, другие просили, повременить и всё обдумать.

— Благодарю. А теперь оставьте меня одного.

Последним из покоев вышел Алексис. Светловолосый коротко стриженный советник, замешкался в дверях и, обернувшись, молвил холодных низким баритоном:

— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но вот, что думаю я. Любое ваше решение не будет иметь для Лейда никакого значения. Вступите вы в войну с Эдирном или не нет — не важно. Судьба северного княжества давно сплетена и поверьте, вы не тот, в чьих руках она находится и чьими руками будет уничтожена.

Правитель с недоумением проводил Алексиса.

Святослав предупреждал, этот сомнительный господин еще покажет себя с неожиданной стороны. И был прав. Алексис никогда не нравился младшему брату, казался ему напыщенным, высокомерным выскочкой, которому нельзя доверять. Возможно, в его словах кроется доля правды?

Лейдец подошел к камину и поворошил кипящие угли.

К демонам советника, решил спустя минуту. Сейчас не до него.

— Как бы поступил отец? — Пробормотал молодой правитель.