Книга Жених есть, совести - нет!, страница 87 – Анна Сергеевна Гаврилова, Яся Недотрога

— Он заслужил.

Я действительно заозиралась в поисках отброшенного кинжала, но злости на Лекса почему-то не было. Более того, я отвлеклась на другую, совершенно внезапную мысль. Я вдруг поняла, что Лекс не имел отношения к моим снам. Он не стимулировал мой дар, ничего не насылал. Сны и видения появились сами.

Впрочем, может и не сами? Пожалуй, нужно уточнить.

— Так, — выдохнула я. — Давай сначала?

— Ну, давай. — Дух к незамедлительному убийству по-прежнему не стремился.

— Мой дар всегда был очень слабым. Очень. Но, как понимаю, те приступы были предвестником твоего появления?

— Верно.

— Но почему в академии, рядом с Лексом, они прошли?

Убийца хмыкнул и возразил:

— Не прошли.Их заглушило присутствие истинного. Он — твоя защита. Твоя каменная стена. Человек, вместе с которым, ты способна пройти любые испытания. Вернее, была бы способна. Теперь, конечно, всё кончено.

Вот как. Я выдохнула, и…

— Но дар-то у меня слабый?

— Нет, — дух сразу посуровел. — Сильный. Просто развивался медленнее, чем у большинства.

В его интонациях появилась агрессия, и я… Ох, светлые силы, как неправильно всё получается. И почему я сразу не догадалась? Почему не сообразила к чему всё идёт?

Нет, несколько раз мысли мелькали, но, учитывая, что от меня даже наставница считай отказалась, я и вообразить не могла, что я сильная. Причём до такой степени, что меня решат устранить.

— Ещё я могу рассказать, как сильно этот Аргрос тебя любит… — дух, который говорил сейчас устами самого Лекса, явно решил поиздеваться. — Знаешь как они вчера эти пирожные готовили? Я чуть не сдох от смеха, пока за ними наблюдал.

Вроде весёлые слова, только иллюзий я не питала. Дух может и смеялся, но взгляд становился всё злее.

К тому же я явно оказалась неинтересной собеседницей. Где крики и охи? Мольбы? Где хоть что-то, чем можно «развеселить»?

Но я хорошо понимала, что «веселить» бесполезно, он ни за что не забудет о цели визита.

Зато в голове теперь звучали слова про нападения. Лекс ещё более отбитый, чем я думала. Это же надо — покушаться на собственную невесту. Да я ему… Я за такое… Чем я прогневала судьбу, что она послала мне такого жениха?

Одновременно в голове стучало: «Он — твоя защита. С ним переживать испытания… Не знал, как подступиться…» Интересно, будь я такой же сумасшедшей как Лекс, что бы сейчас сделала?

Я посмотрела в наполненные свечение глаза противника, и у меня действительно родился план.

Вы просили безумия? Что ж, безумие у нас найдётся. Очевидно, что всё уже кончено, но уйти, не простившись с Лексом, я не могу.

А он спит! Его сознание в плену! Я знаю лишь один способ до этого самого сознания достучаться.

Вернее, не знаю, но предполагаю, учитывая прожигающие взгляды, которыми меня когда-то одаривали. Ну и других идей всё равно нет.

Признав себя ещё более чокнутой чем жених, я вышла из бесполезного укрытия. Обогнула накрытый для романтической встречи стол и позвала:

— Лекс?

Дух издевательски хмыкнул, а я потянуласьк застёжкам лифа. Пуговицы были неудобными, мои пальцы ощутимо дрожали… Но я справилась довольно быстро и тут же занялась застёжками на поясе.

Противник насторожился, спросил хмуро:

— Провидица, ты что творишь?

Я?.. Думать о том, что творю всё-таки не хотелось. Поэтому, разобравшись с поясом, я просто позволила платью упасть на пол. Я осталась в тонкой нижней сорочке, которая мало что скрывала, и вот теперь обитатель тонкого плана догадался.